Книга Вишенка от босса, страница 24 – Вера Нежная

Теперь все чаще в отношении Велевского звучало слово Монстр. Кличка прилепилась намертво.

Так прошел месяц. Самый сложный, из тех что были за всю мою трудовую деятельность.

Вместо Натальи взяли женщину постарше, Ларису. Она очень сосредоточенно и четко выполняла свои обязанности и никогда не сплетничала.

Евгения Марковна притихла, предпочитала больше никого не задевать и не высовываться.

Наверное, это прозвучит странно, но я даже почти забыла об инциденте с боссом. О пробуждении в гостинице и странном презенте в виде белья. Судя по теперешнему настрою главного босса, близости между нами просто не могло быть. Меня на удивление не уволили. Обстановка в коллективе стала более рабочей. Велевский вел этот корабль аккуратно и уверенно. Увольнения прекратились. Может, он не такой уж Монстр?

Да, держится особняком, чаще сидит у себя в кабинете. Распорядок рабочего дня сделал очень строгим.

Зато мы выплываем. Ведь правда же?

И вот, спустя еще две недели, я вдруг понимаю, что у меня задержка!

Последующие дни сливаются в одно паническое пятно. Не знаю, что и думать. Я не могу быть беременной! Не могу себе этого позволить!

Еще ужаснее, что отцом моего ребенка может быть только босс. Василий никак не вписывается в это уравнение. Была командировка, потом у нас не получалось встретиться, ну а потом я застала его за изменой.

Не выдержав напряжения, признаюсь Татьяне, рассказываю о своих страхах. Больше мне не с кем поделиться.

— Ты должна сказать ему, — твердо заявляет подруга. — Понимаю, как это все непросто. Этот Велевский явно очень сложный человек. Непредсказуемый.

— Ты даже не представляешь! — плачу. — Его теперь никто не зовет иначе как Монстром.

— Все равно, надо сказать, Викуль. Нельзя такое скрывать, понимаешь? Ты беременна и отец ребенка имеет право знать об этом.

— Это была случайность, — всхлипываю. Закрываю лицо руками, по телу пробегает дрожь.

Как это могло со мной произойти? До сих пор невозможно поверить. Я ведь совсем не такая! Не склонна к случайным связям. Как же я могу сказать такое Велевскому? Надменный, очень требовательный, все соки из сотрудников выжимает. Красивый, идеальный, но все равно — Монстр.

Невозможно выкинуть из головы его портрет. Строгий дорогой костюм, часы с заоблачной стоимостью на запястье. Пронзительные синие глаза. Высокий, фигура атлета.

Все при нем.

Вся женская половина компании сначала как увидела его — слюни пустила. Но Велевский Антон Дмитриевич быстро спустил всех с небес на землю. Устроил для начала ревизию, пошли увольнения. Объяснялось это тем, что компания идет ко дну, а именно Велевский единственный, кто способен поднять наш медиа-холдинг со дна.

Именно этим он и занимался последние два месяца.

— Сказать ему, что я беременна — все равно что прыгнуть в пропасть без страховки. От одной мысли меня в дикую панику бросает! — выпаливаю с отчаянием.

— И чего ты так трясешься, а? — злится Татьяна. — Как будто он монстр!

— Я тебе еще раз повторяю, именно так его и зовут в компании, — отвечаю слабым голосом. — Как же меня угораздило? — всхлипываю.

— Какой у тебя выбор? — упирает руки в бока Татьяна.

— Не знаю…

— Вот и прекрати истерику. Он либо скажет, что не хочет иметь к твоей беременности никакого отношения — таких козлов пруд пруди. Либо возьмет на себя обязательства, денег подкинет. Может захочет участвовать в жизни ребенка.