Книга Вишенка от босса, страница 82 – Вера Нежная

— Подвезешь меня? — сама не знаю, как набираюсь наглости.

— А то. Сделать сопернику гадость — всегда приятно.

— Вы оба как маленькие дети! Смотреть противно!

— Давай без нотаций, ок? Что опять произошло в королевстве? Чего за крики были? Я решил убраться подобру-поздорову. Бабуля страшна в гневе.

Молчу.

Карим больше не достает. Вот только чем дальше от дома Велевских, тем сильнее меня охватывает отчаяние.

*****

— Ну, чего загрустила? — спрашивает спустя час. — Может обратно повернуть? Еще не поздно. Я не буду тебя чморить, что передумала.

— За дорогой следи. Сразу видно, ты сухарь. Тебе кажется все это смешным? — спрашиваю раздраженно. У меня сердце разрывается, не представляю, что будет дальше. Но и с Велевским рядом больше быть не могу. Когда влюбляешься по-настоящему, фарс перестает быть забавным и допустимым. Он режет по живому.

— Думаешь, я никогда не любил? — произносит Карим с грустью. В его голосе мне чудится затаенная боль.

— И думать нечего. Уверена в этом.

— Ошибаешься. У меня была очень сильная влюбленность. Прививка на всю жизнь. Не поехала со мной. Бросила. Не дождалась.

— Ты ее искал?

— Вернулся — ее и след простыл.

— Мне жаль. Но не все истории так заканчиваются.

— Угу. По тебе заметно.

— Тут другое.

— Расскажешь?

— Нет!

Звоню в знакомую дверь. Падаю в объятия Танюшки. Подруга утешает меня, помогает застелить белье свежее, чаем угощает. Так хорошо с ней, уютно, совсем как в старые добрые времена. Но я все равно отчаянно скучаю по Антону.

Глубоко в душе я надеялась, что приедет за мной сразу. Или вовсе не отпустит, догонит. Признается в любви. Убедит, что это правда. Что я надумала себе сложности, и ревновала совершенно впустую.

Наверное, мне простительны такие противоречивые эмоции, в моем положении.

Таня утешает, ругает Велевского на чем свет стоит.

— Как он мог тебя отпустить? Да что он за мужик? Поражаюсь просто.

— Возможно, я ему уже не так нужна… Или никогда не была особенно нужна.

— Мне очень жаль, Вик. Очень! И что ты теперь будешь делать?

— Тебя стеснять не собираюсь… Наверное, поеду к родителям. Хорошо, что не успела им сказать, что замуж выхожу. Хотя мама Велевского настойчиво спрашивала об этом. Хотела с ними познакомиться, в гости пригласить. Ох, Тань, такую кашу я заварила! Запуталась совсем!

— Так, во-первых, Вишневская, я тебя не выгоняю никуда! Что это за слова такие, «стеснять» она меня видите ли, не хочет. Да я всегда тебе рада, дурища! Чтобы слов таких больше не слышала. Во-вторых, тебе тут надо быть! Антон еще примчится, я уверена! Никуда он тебя не отпустит!

— Да нет, все кончено, Тань, — поддаюсь самым депрессивным мыслям.

И оказываюсь права.

Проходит неделя, а от Антона ни звонка.

Его утроил мой отъезд. Наверное, он очень запутался. Сначала решил, что ему очень к месту моя беременность, потом передумал. Что если Максимова правда беременная? И Антон выбрал этого ребенка. Вполне логично. Мне надо уже принять ситуацию, смириться и не замирать каждый раз, когда звонит телефон. Или дверной звонок…

Эти мысли убивают меня, тоска невыносима. Только я ведь сама во всем виновата. Не надо было поддаваться чувствам, эмоциям!

Звоню на работу. Лариса обожает сплетничать, первым делом новость про Максимову вываливает.