Книга Хозяйка города Роз, страница 43 – Юлия Гойгель

— На работу, — ответила я, обходя упавший листок. — Машина на стоянке?

— Обижаете, Элина Эдуардовна. Прямо у ступенек. Это вы зачем-то рванули в сторону.

Водитель открывает передо мной дверцу заднего сиденья, ждёт, пока я сяду и закрывает обратно. Мимо тонированного стекла дорогого автомобиля падает очередной кленовый лист. Я откидываюсь спиной на удобное кожаное кресло. Встречные машины, въезжающие в комплекс, почтительно уступают нам дорогу. Ведь перед ними автомобиль очень уважаемого в городе человека.

— Ты так и не сказала, можно ли мне остаться, — напоминает Марек, возвращая меня в реальность. Капли воды на моём теле уже высохли, а его пальцы поддевают край полотенца, чтобы коснуться моей груди. — О чём задумалась?

— О тебе, — совсем не лукавлю я. — Почему-то вспомнила наш секс в твоём рабочем кабинете.

— Какой именно?

— Первый. В смысле не наш первый, а который был в твоём кабинете. Вскоре после твоего назначения на должность, в начале сентября, — отвечаю я. — Хотя ты вряд ли помнишь, когда был первый, а когда пятый и в каком именно месте.

— С тобой я помню всё, — неожиданно признаётся он. — А в этом доме ещё не было ни разу.

— И в этот день тоже, — хмурюсь я. — Марек, почему ты не поехал домой? Вы с Артуром поругались?

— Из-за чего нам ругаться? — удивляется он. — Причём он до нас с тобой? Когда-то я нужен тебе больше, чем ты мне. Сегодня ты нужна мне больше, чем я тебе. Вот и всё объяснение. Ты всё ещё не ответила на мой вопрос. Ты не против, если я останусь? Не прогонишь меня?

— Ты же знаешь, что не прогоню, — его пальцы уже развязали узел на моём полотенце, и я накрываю его ладонь своей рукой, чтобы оно не сползло на пол. — Мы никогда не спали с тобой вместе.

— Всё когда-то бывает в первый раз, — повторяет мужчина философскую истину. — «Potius sero quam nunquam».

— Лучше поздно, чем никогда, — я помню, как она переводится. Когда Марек говорит на латыни меня просто затапливает волной нежности к этому мужчине. Волной нашего общего прошлого и тайной настоящего. То, о чём знаем только он, я и город.

— Мне нужно в душ. Я даже домой не заезжал, — признаётся мужчина.

— На чём ты приехал?

— На такси. Взял обычное, чтобы сильно не отсвечивать на всю улицу. Свою машину оставил на стоянке кафе. Что-то я сегодня устал, Эля.

— Идём, — веду его в спальню, где помогаю раздеваться и аккуратно складываю одежду. Затем возвращаемся в душ. Так как мужчина значительно больше меня, включаю ему верхний тропический душ, слегка сместив в сторону лейку, чтобы не заливал мне волосы. — У меня только мой гель.

— Не цветочный?

— Вишня. Могу посмотреть, что есть у Артёма. Фирмой «Кря-кря» он уже не пользуется.

— Не хочу пахнуть твоим сыном, — морщится Добровольский. — Давай твой. А я думаю, почему от тебя всё время пахнет вишнями, даже зимой.

— Тебе не нравится вишня?

— Нравится. Уже давно с тобой ассоциируется, — он наклоняет голову, чтобы я промыла ему волосы.

— Марек, а ты наглеешь, — предупреждаю, что заговаривание им моих зубов не прошло.

— Ничего не хочется делать, — жалуется он.

— Я даже Артёма не мою.

— И не нужно. Он уже большой мальчик.

— А ты, мужчина, — качаю головой.

— Поэтому меня можно, — отвечает он. — Периодически даже нужно. Живу один. Спинку потереть некому.