Книга Любовь на грани смерти, страница 74 – Юлия Гойгель

— Я в порядке, — негромко произношу в ответ.

Вскоре машина останавливается. Виталик что-то кричит мне вслед, но я не разбираю слов. Двое мужчин из личной охраны босса, окружают меня и подводят к автомобилю Леона Руслановича. Буквально через пятнадцать минут я снова оказываюсь в его доме.

Не успеваю войти в гостиную, как сзади за мной вплывает фигура домоправительницы. Несколько минут не могу понять, что она здесь делает. Затем бросаю взгляд на часы, и замечаю, что ещё только четыре часа. Женщина работает до пяти. Алла Адамовна желает доброго вечера и интересуется, подавать ли ужин?

— Мне одной? — уточняю я.

— Вам. Леон Русланович сказал обсудить с вами меню.

— А что Леону Руслановичу не нравится в его меню? — глупо повторяю я. Определённо, я что-то пропустила.

— Он приказал узнать, что не нравится вам, — терпеливо повторяет домоправительница драконьего замка. — Что нужно дополнительно готовить для вас?

Ах, вон оно что! Какие мы любезные стали после того, как едва поминки по мне не приготовили.

— Ничего не нужно, Алла Адамовна. Мне вполне хватает всего, что есть за столом. И я не думаю, что я долго буду находится э..э..э… в гостях у Леона Руслановича, — вежливо отвечаю я. — И ужин теперь не нужен. Я подожду возвращения господ.

— Лена говорила, что вы заболели, — выуживает домработница ценную информацию. — Вам хуже стало? Вы поэтому раньше вернулись? Можно врача вызвать. У меня есть номер телефона платного медицинского центра. Приезжают быстро и в любое время.

А я думала, что быстро и в любое время приезжает лишь психиатрическая скорая. Но грубить женщине я не собираюсь.

— Не нужно врача. Я лучше прилягу, — произношу вслух и поднимаюсь на второй этаж.

Но мне не лежится. Начинаю ходить, меряя шагами комнату. О чём можно так долго говорить? Понимаю, что обоих Горынычей интересуют не мои прошлые отношения с Виталиком, а его связь с происходящими покушениями. Кто-то специально вышел на моего первого мужчину или он сам активизировался, узнав про мои отношения с Владом? Почувствовал деньги.

Но разве это нужно выяснять три часа?

Не выдержав, спускаюсь вниз. Алла Адамовна уже ушла, Лена пылесосит гостиную. На улице переговариваются два охранника. Мерять шагами холл у всех на виду тоже не хочется. Заставляю себя подумать. Куда сразу пойдёт Леон, когда вернётся? В свою спальню. Мне тоже никто не запрещает там его подождать.

Теперь меряю шагами спальню Бесова. Устаю. Решаю прилечь на край кровати. Не ползу на своё место под стенкой, а ложусь с краю. Невольно вдыхаю лёгкий запах, принадлежащий Леону и оставшийся на его подушке. Эту ночь мы не спали вместе, но он почему-то не приказал поменять постельное бельё. Ждёт, что я вернусь? Вчера слишком устал, чтобы сказать про бельё? Ему всё равно, рядом я или в другой комнате?

А вот мне, оказывается, не всё равно. Поворачиваюсь так, чтобы дышать его запахом. Страх не остужает чувства и желания. Признаюсь самой себе, что не могу не думать о нём. Я помню каждое его прикосновение. Хочу вновь чувствовать его тело рядом с собой, наблюдать за тем, как он спит. Даже во сне глубокая морщинка чуть выше его переносицы не распрямляется, делая лицо хмурым.

Ещё глубже зарываюсь лицом в подушку, согреваюсь в мягком одеяле и начинаю дремать.