Книга Я для тебя всегда онлайн, страница 87 – Юлия Гойгель

Он включает ночник с моей стороны, и я пододвигаюсь, освобождая место, чтобы он мог присесть.

— Не молчи, — тихо просит он. — Скажи, какой я мудак, козёл и что там ещё тебе хочется сказать.

— Ничего я не буду говорить. Я понимаю Анжелику, но и тебя тоже. А ещё мне очень не хочется становится бумерангом в выяснении ваших отношений.

— Прости меня. Больше ничего подобного не повторится, — обещает он. Сбрасывает туфли и тоже ложится, но не рядом со мной, а поперёк кровати, устраивая свою голову на моих коленях. Сама не замечаю, как касаюсь рукой его волос, гладя, словно провинившегося, но давно прощённого котёнка.

Нашу идиллию прерывает горничная.

— Прошу прощения, — женщина заглядывает в спальню. — Украшение, которое повреждено — это что-то драгоценное? Его собрать?

— Нет. Выбрасывайте в мусор, — отвечает Кирилл. — Там уже нечего восстанавливать. Проще купить новое.

Как и их отношения с Анжеликой, думаю я. Проще завести новые.

— Привет, «Мамба»? — уточняю.

— Нет. Перерыв, — вздыхает Воронцов. — Что-то не клеится в последнее время. Пойду в душ. Какое-то состояние паршивое.

Пока его нет, я раздеваюсь до трусиков и, без спроса, натягиваю хозяйскую майку. Вряд ли Кирилл станет возражать. Он и не возражает. Мы больше не разговариваем, и я засыпаю первой. Не знаю, что меня будит. Отсутствие тепла рядом? Это плохо. Пора завязывать с этими совместными ночёвками, иначе повторю путь Анжелики. Сажусь на кровати и понимаю, что мужчины действительно нет рядом. Даже пугаюсь. Вдруг, ему плохо стало? Вскакиваю и замечаю, что возле диванчика в прихожей горит торшер. Кирилл сидит с бокалом коньяка в руке, забросив ноги на столик. Его глаза закрыты, а из одежды — только боксеры.

— Кирилл, всё в порядке? — зову я.

Он тут же открывает глаза:

— Я не пьян, если ты об этом. Всего пару глотков. Почему ты проснулась?

— Не знаю. Ты не уснул?

— Нет. Не смог. Решил не ворочаться и не тревожить тебя, — он убирает ноги и протягивает мне свой бокал. — Хочешь немного? За компанию?

— Если только немного, — я делаю два глотка крепкого напитка и протягиваю ему руку. — Пойдём в кровать. Уже поздно, наверное?

— Не очень. Двенадцать ночи, — он берёт мою руку и встаёт с дивана. Доливает ещё коньяка в бокал. Я отмечаю, что бутылка почти полная.

Мы возвращаемся в кровать, но ложимся не на разные стороны, а на середину. Кирилл притягивает меня к себе, и мы по очереди делаем по глотку спиртного.

— Софи, я ещё точно не знаю…. Возможно, через две недели я не приеду в Минск.

От неожиданности я делаю большой глоток коньяка и тут же давлюсь.

— Из-за Анжелики? — спрашиваю, когда откашливаюсь.

— Всё нормально? — уточняет мужчина и садится выше, притягивая меня к себе. — Может, воды принести?

— Не нужно, — я справляюсь с дыханием. — Ты не ответил.

— А? О, нет, не из-за Анжелики. Из — за работы. Ещё точно неизвестно. Возможно, мне придётся занять другую должность.

— У тебя проблемы? — хмурюсь я.

— Нет. Скорее, наоборот. Повышение, — мужчина медленно гладит меня по волосам. — Софи, если я не приеду. Прилетишь ко мне, в гости?

Так как бокал в руках Воронцова на этот раз я не давлюсь.

— Как это? К тебе?

— Очень просто. Садишься на самолёт. Один час двадцать минут в воздухе. В аэропорту я тебя встречу. Живу один. Разведён. Бывшая жена в квартиру не заходит. Мама, кстати, тоже. Котов нет, поэтому аллергии у тебя не будет, — подробно объясняет Воронцов.