Книга Пленница миллиардера, страница 37 – Аманда Вин, Ада Гранатова

Рассказываю ему и параллельно развеваюсь, он даже не смотрит в мою сторону и, наверное, не слушает.

Захожу в душ и включаю воду. Только после этого Роберт поворачивает голову в мою сторону.

Сначала просто смотрит, как я выдавливаю гель, растираю его по коже, затем начинает раздеваться и идут ко мне.

Я же веди этого и добивалась. А теперь останавливаюсь и не знаю, что делать дальше. Он становится рядом со мной под душ. Дотрагиваюсь до его груди мочалкой, останавливаюсь, смотрю в глаза. Вроде там нет стоп-сигнала, поэтому я продолжаю. А затем бросаю мочалку и растираю гель рукой.

Исследую каждый миллиметр его кожи, вожу по всем изгибам и мышцам. Почему мне так нравится его трогать? Неужели потому что раньше мне было запрещено, а теперь он меня не останавливает? Решаю спросить прямо:

— Почему раньше нельзя было так делать?

— Раньше мне были неприятны такие прикосновения.

— А теперь? — спрашиваю и замираю в ожидании ответа.

— А теперь я не против.

Конечно, ответ в его духе.

Роберт наклоняется и целует меня в губы. Затем опускается ниже, ниже, пока не становится на колени. Раздвигает мои ноги и целует.

Утром я просыпаюсь в новом положении. Я лежу на его груди и обнимаю рукой. Не помню, как я заснула. Неужели так и спала всю ночь?

Роберт ещё спит, и я разглядываю его, не стесняясь. Сейчас мне он кажется таким родным, близким.

Честно, я не представляю, что будет, если он вдруг мне завтра скажет, что «больше не нуждается в моих услугах».

Но разве может он так сказать?

Вспоминаю, как вчера между ласками спросила у него, правда ли то, что он сказал мне в самолете. Про то, что он никому не платил за фильм. Я все равно до конца не верю. Может, он не понял моего вопроса или не так расслышал, но Роберт прошептал мне на ухо:

— Ты бесценна.

Наши последующие дни в Сингапуре проходят примерно так же: днём Роберт работает, я брожу по городу в одиночестве с охранником за спиной. Вечером мы вместе ужинаем, затем поднимаемся в номер и занимаемся сексом, потом спим.

Сегодня я не могу заснуть и думаю. Мы здесь уже десять дней. Я всю страну посмотрела, изучила вдоль и поперёк, она маленькая. Мне скучно. И я злюсь: Роберт мог бы меня куда-нибудь ещё пригласить.

Хотя с какой стати?

В России было то же самое. Только встречи в местах, где есть кровать для занятий любовью.

Хотя о какой любви речь? Это я так только про себя говорю. Он наверняка так не думает…

— Почему не спишь? — Роберт спрашивает сонным голосом, я вздрагиваю.

— Не могу уснуть.

А что ещё говорить? Что я думаю о наших отношениях, которых нет?

Притягивает меня к себе, целует в плечо и вдыхает запах. Закрываю глаза, не шевелюсь, из его крепких объятий все равно не вырваться. Через какое-то время засыпаю.

А утром сюрприз — просыпаюсь, а он все ещё в номере, хотя обычно уходит на свои встречи, когда я ещё сплю.

— Вставай, у нас скоро самолёт.

Приподнимаюсь на кровати.

— Мы летим домой?

— Нет, в Дубай.

— Что?

— Что такое? — смотрит на меня и хмурится.

Я встаю, потому что от возмущения не могу больше лежать.

— Когда ты собирался мне это сказать?

— Алиса, перестань, можно подумать, я рушу какие-то твои планы, тебе все равно нечем заняться…

— Я же не вещь, которую просто взял, положил в чемодан и полетел, куда хочешь. Трудно заранее сказать?