Книга Твое сердце – лед, страница 37 – Аманда Вин

Подхожу к тренеру, слушаю последние рекомендации. На трибунах полно народу…

Я знаю, что Макс здесь, смотрит, но даже не пытаюсь искать его глазами. Знания, что он будет смотреть, уже достаточно, чтобы чувствовать себя увереннее.

Волшебное все-таки чувство – любовь. Раньше я была уверена, что для счастья мне нужно стать олимпийской чемпионкой, вот тогда да, буду счастливой… А сейчас, сейчас я в этом уже не уверена. Мне кажется, я уже счастлива. А медаль, которую получу (когда-нибудь), лишь приложение к счастью, но не замена.

Раньше я не могла поверить, что со мной может такое случиться – влюбиться… В восемнадцать! На пике своей формы и карьеры. В жизни спортсменки, которая мечтает об олимпийском золоте, нет места любви. Ведь некогда – тренировки, режим. А парни отвлекают…

Я вспоминаю, как Макс вчера пошутил, что поцелуи всю ночь напролёт перед соревнованиями – это легальный допинг.

Пожалуй, я готова с ним согласиться. Но пытаюсь об этом сейчас не думать… Итак, всю разминку живот скручивало от воспоминаний о моем самом первом разе. Но это не помешало мне выполнить идеальный тройной аксель.

* * *

До выхода на лёд считаные минуты. Чувствую себя уже чемпионкой. Представляю, как попаду в сборную, буду готовиться к самым желанным соревнованиям – Олимпийским играм.

Снимаю щитки с коньков и уже готова выйти на лёд, как ко мне подходит моя вечная соперница Милана, наклоняется и шепчет на ухо. Быстро-быстро, но я успеваю разобрать слова:

— Ты думаешь у тебя с Максом все по-настоящему, Шишкина? Думаешь, он тебя любит?

— О чем ты? Откуда ты его знаешь? – резко поворачиваюсь, хотя времени нет. Скоро заиграет музыка…

Милана скалит свои белые зубы.

— Дура! Макс – мой брат. И я его попросила сыграть с тобой в любовь… чтобы ты провалилась сегодня! Он поэтому тебе всю ночь спать не давал… Тебе не место в сборной! Ты тупая провинциалка, выскочка! Максу было противно тебя соблазнять… Он сделал это ради меня. Но это того стоило! Теперь ты проиграешь.

Я беспомощно хлопаю глазами. Не могу ничего ответить. Милана, тяжело дыша, добивает:

— Ты же поняла, что его «любовь» только для того, чтобы ты сегодня потерпела поражение?

Еле шевелю губами:

— Ты врешь.

— Я предполагала такой ответ.

Милана достаёт телефон и показывает мне фотографии. На первой она и Макс весело смотрят в камеру, улыбаются… А вторая фотография – это та, что мы с ним сделали позавчера, когда гуляли по Питеру.

Девушка смеётся. Начинает играть музыка из моей программы… Милана берет меня за шиворот и выталкивает на лёд, как котёнка. Бросает: «Удачно тебе проиграть». И я едва не падаю…

Я ловлю на себе взгляд тренера. Кира Викторовна машет рукой, показывает мне кулак. Знаю, что это значит: соберись! В ушах звенит. Я почти не слышу музыку, как собраться?

Начинаю кататься. Опаздываю… Делаю несколько ошибок. Такое чувство, будто я за минуту разучилась кататься. «Все, это конец», – думаю я.

Но потом в голове что-то щёлкает – как будто чувства разом отмирают, – и я перестаю сопротивляться движениям. Тело все делает за меня. Я прыгаю, делаю элементы на автомате, как будто это простая тренировка. Руки и ноги делают то, что помнят, а внутри все обливается слезами. У нас с Максимом все было не по-настоящему? Это все было из-за соревнований… Ради его сестры? Макс меня не любит. И никогда не любил.