Книга Купленная жена, страница 18 – Аманда Вин

— Как я уже ответил, не могу сказать. Но начальник будет крайне недоволен, что у меня не получилось тебя выкупить.

Хочет развернуться и уйти, снова хватаю его за рукав:

— А если я заплачу, расскажите? — спрашиваю я, хотя у меня нет ни рубля.

Леонид вытягивает губы в одну линию, размышляет. Затем говорит:

— Хорошо. Тебя купил тот богатый сосунок, думаю, теперь деньги точно есть, — достаёт из брюк какую-то бумажку, ручку, пишет свой номер телефона.

— Будешь в Москве, позвони мне. И приготовь пятьсот тысяч.

— Так много?

— Ха. Это я ещё скидку сделал. Ерунда по сравнению с информацией, которой я владею, — подмигивает.

Уходит. Оставляет меня в недоумении.

Очень повезло столкнуться с ним здесь, именно в туалете, случайно.

Но я так ничего и не выяснила. Меня хотел купить тот, на кого он работает? Видимо, так и есть, у этого Леонида даже визитки нет, да ещё и на взятку согласился, похож на обычного служащего.

Прячу салфетку в платье, возвращаюсь.

Ратмир холодно произносит:

— Чего так долго? Еда остыла.

Молча сажусь и ем.

После ужина, когда мы возвращаемся в номер, говорю:

— Я передумала. Больше перечить тебе не буду. Если нужно сегодня вернуться в Москву, то поехали.

— А твой живот?

Машу рукой:

— Потерплю, главное — это ваши дела.

Ратмир берет меня за плечи и затаскивает в номер:

— Тогда, может, забудем и про правила?

Сглатываю, а он наклоняется и целует меня.

Ева

Неожиданно. Вот значит, какие ощущения, когда тебя целуют… Конечно, технику поцелуев нам тоже преподавали, хоть мы и не тренировались на манекене, это считалось не таким важным, как все остальное.

Но я сейчас совершенно обо всем забываю, не думаю, только стою, открыв рот, и чувствую, как губы Ратмира обволакивают мои губы и как его язык прикасается к моему. По коже бегут мурашки, но не такие, как до этого: не от холода. А приятные мурашки. Это меня пугает.

Закрываю глаза и пытаюсь ответить так, как нас учили. Плохо выходит.

А затем резко открываю глаза и отстраняюсь. Что же я делаю?

Ратмир смотрит так, как будто ничего и не было, а вот у меня щеки горят (я чувствую).

— Про правила мы забыть не можем, — начинаю я говорить и сама себя ругаю: как неуверенно сейчас звучит мой голос.

— Просто хотел проверить, как ты целуешься, — он проходит мимо меня, идет к бару и наливает себе что-то в бокал.

Поворачивается и говорит равнодушно:

— И целуешься ты на троечку.

Сжимаю кулаки. И повторяю про себя: Ева, не реагируй. Не надо. По всему видно же, что он просто специально меня провоцирует.

Как будто купил себе жену, чтобы насмехаться.

* * *

Мы все-таки ночуем в гостинице. Я ложусь с одной стороны кровати, Ратмир на другой. Совершенно не смотрит в мою сторону и не заговаривает со мной.

Я погружаюсь в свои мысли. Долго не могу заснуть и все думаю о том, что будет дальше. Затем вспоминаю Дарину. Если мне уже так непросто приходится (это я ещё отстрочила «супружеские обязанности» до свадьбы), то что чувствует она?

В голове страшные картины, как ее заставляют раздеться и берут против воли… И все ради ребёнка.

Ратмир, наверное, тоже рассчитывает, что я буду рожать ему наследников. Надо побеспокоиться об этом заранее. Купить незаметно таблетки. Хорошо их спрятать.

В конце концов, я проваливаюсь в сон. Мне снится Дарина. Я сбежала от Ратмира, стала свободной, закрыла «Красную Лилию». Но вот… У Дарины большой живот, и она отказывается бежать вместе со мной.