Книга Месть. Идеальный сценарий, страница 38 – Лея Вестова

Это сломало его. Осознание того, что его предали те, кому он служил, оказалось последней каплей. Он рухнул на шаткий табурет и зарыдал. Беспомощно, по-детски, сотрясаясь всем телом.

Я ждала. Когда он немного успокоился, я задала главный вопрос.

— Кто за ним стоит? Это не уровень Вячеслава. Он просто исполнитель. Кто отдает приказы?

Он долго молчал, потом поднял на меня свои заплаканные, полные ужаса глаза и прошептал одно слово. Имя, от которого у меня похолодела кровь.

— Корчагин. Вадим Юрьевич Корчагин.

Я знала это имя. Его знала вся страна. Вадим Корчагин, глава гигантского государственного холдинга «Титан». Человек с безупречной репутацией, меценат, филантроп, вхожий в самые высокие кабинеты власти. Неприкасаемый.

И Сомов рассказал мне все. О том, что Корчагин был давним и самым заклятым конкурентом моего отца. О том, что он много лет мечтал поглотить нашу компанию, но отец был ему не по зубам. О том, что Вячеслав был его «кротом», его человеком внутри нашей семьи, которого он завербовал еще задолго до нашей свадьбы, играя на его тщеславии и жадности. Вся моя семейная жизнь оказалась частью многолетней спецоперации по враждебному поглощению.

Именно Корчагин, узнав от Вячеслава, что отец подобрался к нему слишком близко, отдал приказ «решить проблему». Именно он, используя свои безграничные связи в силовых структурах, инициировал атаку на Дмитрия, чтобы лишить меня последней защиты. Вячеслав был лишь пешкой, разменной монетой в большой игре титанов.

Я слушала его сбивчивый, полный страха рассказ, и мир вокруг меня рассыпался в пыль. Я думала, что сражаюсь с жадным мужем и коварной мачехой. А оказалось, что я стою на пути у одного из самых могущественных и безжалостных людей в стране.

Я вышла из этого проклятого дома, оставив Сомова рыдать в его личном аду. Я шла обратно по лесной тропинке, и ноги меня не слушались. В ушах звенело имя — Корчагин.

Теперь я знала имя своего настоящего врага. И я понимала, что шансов на победу в этой войне у меня практически нет. Я была муравьем, который посмел бросить вызов слону.

Обратная дорога из тверской глуши в Москву прошла в тяжелом, гнетущем молчании. Имя «Корчагин», произнесенное трясущимися губами сломленного человека, невидимым грузом лежало в салоне автомобиля. Оно было тяжелее любого трупа, реальнее любой угрозы. Оно заполнило собой все пространство, вытеснило воздух, сделало слова бессмысленными. Я смотрела на проносящиеся мимо унылые пейзажи, на серые деревни и темные леса, и видела в них отражение своей собственной души — выжженной, опустошенной, лишенной надежды.

Бороться с Вячеславом было страшно. Бороться с Элеонорой было омерзительно. Но это была понятная, земная борьба. Борьба с человеческими пороками — жадностью, завистью, предательством. Но как бороться с титаном? Как бороться с человеком, чье имя было синонимом власти? Человеком, который обедал с министрами, владел заводами и телеканалами, и чья безупречная репутация была выстроена лучшими пиар-агентствами страны? Моя война из частной драмы превратилась в безнадежное противостояние с системой, которую этот человек олицетворял. Я была не просто муравьем перед слоном. Я была пылинкой на его ботинке.

Дмитрий, казалось, читал мои мысли. Он вел машину, не отрывая взгляда от дороги, но я чувствовала, как напряжен каждый мускул в его теле. Он, бывший следователь, как никто другой понимал всю тщетность наших усилий. Он знал, как работают жернова этой системы, как они безжалостно перемалывают тех, кто смеет бросить им вызов. Он молчал, и в его молчании было больше отчаяния, чем в любом крике.