Книга Месть. Идеальный сценарий, страница 58 – Лея Вестова

Каждый вечер, когда небоскреб затихал, и в огромном здании оставались только я и ночная охрана, в мой кабинет бесшумно входил Дмитрий. Эта традиция стала для нас обоих жизненно необходимой. Он привозил ужин, и мы, сидя за огромным столом, раскладывали между контейнерами с едой распечатки аудиторских отчетов.

Он больше не был просто детективом. Он стал моим главным стратегическим советником, моим единственным доверенным лицом в этом клубке змей. Его острый, не замутненный корпоративными интригами ум, его опыт следователя, привыкшего распутывать самые сложные преступные схемы, были для меня бесценны. Он видел связи там, где я видела лишь хаос цифр, он находил мотивы там, где я видела лишь бессмысленную жадность.

Эти вечерние разговоры были моим единственным глотком свежего воздуха, единственным островком нормальности в этом безумном мире. Мы говорили не только о работе. Мы говорили о жизни. Я видела, как постепенно тает лед в его глазах, как за маской сурового профессионала проступает живой, уставший, но невероятно глубокий человек. И я знала, что и он видит во мне не просто клиентку, не «Железную Киру», а женщину, отчаянно нуждающуюся в защите и тепле. Напряжение между нами росло с каждым днем, хрупкое, волнующее, полное недосказанности.

— Они затихли, — сказал Петровский на одном из наших утренних совещаний. Его лицо было обеспокоенным. — Слишком тихо, Кира Игоревна. Вайнштейн и его люди даже не пытаются вставлять палки в колеса. Они ходят на работу, как по часам, и молчат. Это плохой знак. Они не из тех, кто сдается. Они перегруппировываются и готовят удар. Удар извне.

Его слова оказались пророческими.

Удар был нанесен на следующий день. Ровно в полдень, когда я проводила тяжелейшее селекторное совещание с руководителями региональных филиалов, на моем столе зазвонил спецкоммутатор прямой связи с международными партнерами. На экране высветилось имя: «Герр Шмидт». Это был генеральный директор нашего ключевого немецкого партнера, компании «Mannheim Dynamics», тот самый человек, с которым мой отец заключил сделку века.

Я извинилась перед коллегами и приняла вызов. Лицо герра Шмидта, обычно приветливое и добродушное, было похоже на гранитную маску.

— Мисс Гордеева, — начал он без предисловий, и его голос был холоден, как сталь. — Я звоню, чтобы официально уведомить вас о вопиющем нарушении контрактных обязательств с вашей стороны.

Мое сердце пропустило удар.

— Что вы имеете в виду, герр Шмидт? О каком нарушении идет речь?

— О нарушении, которое уже привело к остановке нашего главного сборочного конвейера и грозит нам многомиллионными убытками, — отчеканил он. — Согласно графику, три дня назад на наш склад в Мюнхене должна была поступить партия высокоточных комплектующих вашего производства. Ключевых компонентов для нашего совместного проекта. Партия не пришла. Наши логисты связывались с вашими, и те клянутся, что груз был отправлен вовремя. Но его нет. Он просто испарился.

Я слушала его, и ледяной холод начал медленно расползаться по моим венам.

— Я немедленно разберусь в ситуации, герр Шмидт. Должно быть, это какое-то недоразумение…

— Это не недоразумение, мисс Гордеева. Это катастрофа, — жестко прервал он меня. — Мой отец работал с вашим отцом двадцать лет, и за все это время не было ни единого сбоя. Ни единого! То, что происходит сейчас, я могу расценивать только как полную потерю контроля над ситуацией в вашей компании. Уведомляю вас, что если в течение сорока восьми часов груз не будет найден и доставлен, мы будем вынуждены активировать штрафные санкции, предусмотренные контрактом. А также поставить вопрос о полном прекращении нашего сотрудничества.