Книга "Любить" подано!, страница 20 – Nadia Sim

— Он… очень серьёзный и занятой человек, — я немного запнулась в своих показаниях. — Но… потом… обязательно, — нервно закивала головой.

Моя Наталья Андреевна скривила рот в ухмылку, раскусив моё подлое лукавство. Затем тяжко вздохнула и точно сказала бы что-нибудь ещё, но тут входная дверь скрипнула и появился отец.

Я благодарно закатила глаза, потому что не хотела вести эту беседу дальше.

В смешной деревенской фуфайке и шапке-ушанке мужчина остановился в пороге и стал отряхивать с себя снег.

— Ох! Столько за ночь навалило, что до калитки еле откопался, — пробурчал папа и потёр руками раскрасневшиеся от холода щёки.

— Тонь, там Мария тебя уже ждёт. Кричала на всю округу через забор: «Дядя-я-я Ми-и-иша, разбудите Тоню!» — с большим каламбуром изобразил он Ларину.

Мы с мамой расхохотались над отцом, а он раздевался и продолжал бурчать:

— Антонина, я чувствую, что тебя сегодня будут разрывать на это застолье, — погладил он свои усы. — Если собираешься к Машке мчать, то советую надеть штаны потеплее, либо вообще валенки, там сугробы по самые яй.. — осёкся отец, осознав, что чуть не употребил свой «гаражный» жаргон.

Я подскочила со стула, уже у вешалки осмотрела свой домашний прикид. Чёрные лосины с потёртой коленкой и туника с треугольным вырезом, конечно, не наряд для знакомств, но не для этого ведь иду.

«По одёжке встречают, провожают по уму» — успокоила я себя.

Надела старенькое пальто, в котором щеголяла только в деревне, ну и свои фирменные угги. Они теперь у меня любимые, однозначно.

— Откуда дровишки? Из лесу вестимо… В лесу раздавался топор дровосека… — папа заговорил стихами, цитируя Некрасова.

Мы с мамой вновь заулыбались в ответ на прекрасное папино настроение.

— Ми-и-иш? Ты что выпил что ль? — похохотала мама.

Заматывая шарф поверх пальто, краем уха я слушала диалог родителей.

— Говорю, не успел блудный сын вернуться, как бедного парня, заставили дрова рубить, — насмехался отец ироничным тоном.

— Как его там зовут? Забыл опять… — посетовал отец.

Мама устало вздохнула и хитро улыбнулась, потому как, прекрасно знала отца. Вероятнее всего, он даже и не запоминал, как зовут сына соседей.

Я, схватив новогодний презент для семьи Лариных, выскочила в дверь, чтоб разговор про вернувшегося сына снова не прилип ко мне. Плюнув даже на то, что не застегнула пальто.

Но ответ мамы я уже не услышала…

«Пункт 6. Поработаем немного миксером».Переваливаясь с ноги на ногу, как пингвин, я топала по тропинке, пытаясь попасть в следы отца. Он хоть и раскидал сугроб по краям, но насыпало, так насыпало. Благо идти недалеко. Буквально через три дома виднелась красная черепица двускатной крыши дома Лариных.

Их двухэтажный «теремок» выделялся, показывая достаток. Пусть с не особым размахом, но семья Машки жила лучше чем все остальные. Нина Анатольевна работала в администрации сельского поселения, а её муж Сергей Петрович являлся начальником механизации в местном сельскохозяйственном кооперативе. Оба видные и статные, и я их знаю, как самых порядочных и добрых людей. Впрочем, и во всей деревне про них никто не говорил плохого. Ларины положительная семья и слегка интеллигентная.

Мои новомодные угги погрузились почти полностью в снежный покров, когда я вышла на просёлочную дорогу, которую, естественно, в канун нового года никто не собирался расчищать.