Книга За дождём, страница 120 – Nadia Sim

Солнце скрылось за кучными облаками, которые, казалось, медленно плыли и загромождали небо. Дарья старалась держать внутренний стержень, отвлекая себя внешними факторами. Но с каждым шагом понимала, что ноги слабеют. Образ старшей сестры встречал издалека, возвышаясь на мощном камне над всеми другими.

— Ну вот… пришли, — вздохнул слишком досадно Денис, приложив ладонь к памятнику.

Дарья смотрела на мраморную чёрную плиту с яркой цветной гравировкой. На портрете Оксана казалась точно живой – красавицей, что замерла в счастливом кадре для широкой публики. Как и хотела…

Ноги налились невероятной тяжестью и окончательно подкосились. Дарья постепенно принимала эту реальность, опускаясь на колени.

Она протянула руку и, едва касаясь пальцами, провела по изображению. Дарья горько заплакала. Ведь ссора со старшей сестрой стала для неё страшным уроком на всю жизнь. Никогда нельзя желать плохого близкому и дорогому человеку, даже если он тебя сильно обидел. Безвинные проклятия напоследок иногда больно материальны. Но хуже всего, когда жестокие слова становятся последним, что сказали друг другу.

— Я беру свои слова обратно, Ксан… Не проваливайся сквозь землю… Я не желала этого…

— Даша… — Денис хотел было её успокоить.

Она своим состоянием сковырнула старые раны до боли. Ему жутко хотелось прижать её к себе. Баюкать, как маленькую, приговаривая: «Всё пройдёт!».

— Не трогай меня… — повернула голову и злобно посмотрела на Дениса.

Мужчина понимал, что Дарья не даст ему возможность себя утешить, поэтому нервно посмотрел вновь на часы.

Но где же он? Тот, кто однозначно сгладит её страдания.

Женщина утирала слезы, что капали на кромку широкого цветника перед ней. За Оксаной однозначно кто-то ухаживает – идеальный порядок, тёмный мрамор почти блестел. Живой букет из красных гвоздик не успел завянуть…

Она не могла прекратить плакать, ведь держалась до последнего. Во внимание попалась пара конфеток, положенных с края, и Дарья осознала, что пришла с пустыми руками. Когда человек много лет привыкает к чужому менталитету, то забывает о своём родном, требующем мирских обычаев. Она вновь смахнула слезы с глаз, сунула руку в карман пальто, вспомнив, что там у неё лежит дорогая брендовая помада. Открыла колпачок и вывернула карандаш красного цвета почти до конца. Слегка хохотнула, вспомнив, что сестра когда-то подарила ей такую же со словами: «Хочешь, я тебе помаду подарю? Импортную!».

Дарья закрыла колпачок и озарилась счастливой облегчённой улыбкой.

— Дарю! Фирменная! — выговорила она бодрым ироничным тоном, поставив помаду рядом с конфетками.

«Англичанка хрéнова!» – прозвучал в мыслях голос Оксаны. Она часто так называла младшую сестру, когда хотела поддеть.

От этого Дарья заливисто засмеялась. Денис облегченно вздохнул, наблюдая за ней со стороны.

Его тоже взяла улыбка.

— Даш… Я понимаю, что лето на улице, но ты всё же на земле сидишь, — сделал ей аккуратное замечание.

— Ч-что? — посмотрела она на Дениса, а затем на себя. Действительно сидела на песчаной дорожке, подогнув под себя ноги.

Она попыталась встать, но осознала, что ноги не слушаются, онемели напрочь.

— Твою ж мать… — пробормотала Дарья, удивляясь самой себе.

«О, вот и Дарëха!» — посмеялся мужчина внутри себя, сдерживая широкую улыбку.