Книга Студент: Долгопа, страница 69 – LikanTrop

Но что-то Журику во всем этом по-прежнему не нравилось. Не сходилось что-то. И люди в доме Хромого какие-то другие. Хотя нет, одного он знал, Макар вроде? Видел мельком в зале. Выйдя на свежий воздух, он закурил и посмотрел на серое небо над головой. Нет, сидеть и ждать, пока объявится Хромой, точно не вариант. Да и на Пашу вешать долг смысла не было. Собственно, делать этого Никита и не собирался, просто припугнул, чтобы Черный, в случае если его старший объявится, тут же, сверкая тапками, кинулся докладывать Журику. А так? Ну кто этот Косой есть, в самом-то деле? Мелочь трусливая. Надавишь — сдриснет на Севера, и ищи ветра в поле. Да и не решение это вопроса, а перекладывание ответственности.

К тому же через три недели новая поставка. А на аэровокзале сидит лобненская гопота. С ними кто решать будет? Короче, так и так выходило, что надо было ехать в Лобню к местному смотрящему Тяпе. Благо адрес его хазы у Журика был. Вор глубоко затянулся, бросил окурок в лужу и, не оборачиваясь на дом Хромого, пошел к машине.

27 ноября 1988 года, г. Долгопрудный. Святослав Степанович Григорьев

В семь утра в квартире раздался звонок, черт, а ведь я совершенно не планировал вставать так рано. За окном было ещё довольно темно, и где-то внизу уже лениво тарахтел мотор — сосед прогревал «копейку». В планах на сегодня у меня была вдумчивая утренняя тренировка, визит в офис к Шницерману на предмет того, как продвигаются дела с моим условно-досрочным, потом путешествие на восток Москвы к другому еврею, волею судеб оказавшемуся моим деловым партнером (если он еще об этом не забыл), ну и между делом неплохо было бы договориться о встрече с замначальника ОВИРа по поводу поездки группы людей за рубеж. Несмотря на обстоятельства, я решил наладить туда дорожку — благо выхлоп с нее мог идти неплохой, а главное в валюте. Зачем какая-то десятка баксов человеку, который буквально спит на двух сотнях тысяч баксов? Хороший вопрос.

Покрутив ситуацию и так и эдак за прошедший день, я понял две вещи: желание при виде денег их хапнуть во мне неистребимо, и с этим однозначно надо бороться — ведь голова нам дадена, чтобы думать. Это раз. А второе: есть нехилая такая вероятность, что эти деньги мне придется скоро пустить в ход. А именно — использовать как инструмент во благо более перспективного дела. Как я разыграю эту карту, я еще не знал, но некие наметки в голове имелись. Собственно понимание того, что пакеты с баблом у меня вряд ли надолго задержатся и заставило меня не заморачиваться с организацией под них более серьезного схрона.

— Да иду я, блин! — проворчал я сонно, натягивая трусы и семеня в коридор к противно звеневшему аппарату. — Алло?

— Здоровеньки булы, Слава! То Ткач, не разбудил? — раздался в трубке знакомый голос.

— А не по херу ли уже, разбудил или нет, если я трубку взял? Чего стряслось?

— Тут этот, Паша Черный шо-то весь ходит на взводе. Тебя просил позвать на разговор. Погутарить, — пояснил он и, чуть понизив голос, добавил: — К нему какой-то Журик приезжал. Рожа та еще, чистой воды воровайка.

— Ну, рожи-то у нас всех хороши! — хмыкнул я, иронично цитируя героя советской комедии. — Ща, через час буду. Может раньше, может позже — утро же. Как такси поймаю.