Книга Искатель, 2008 № 03, страница 27 – Журнал «Искатель», Вадим Кирпичев, Ирина Камушкина

— Там в тумбочке, справа от дивана, достань, — слабым голосом попросил он Машу. — Выпьем по чуть-чуть, и станет легче.

Она открыла тумбочку, в ней стояла открытая бутылка коньяка и шесть мутных стаканов из толстого стекла.

— А как же сердце?

— Если сейчас не выпью... умру.

Маша посмотрела на него и поняла, что он сказал чистую правду. Она налила ему четверть стакана и протянула.

— Один не буду, — сказал он хмуро.

Она выбрала стакан почище и немного плеснула себе. После того как она переступила порог Юриной квартиры, ничего уже не казалось ей удивительным.

— За знакомство, — сказал он, чтобы не пить коньяк как лекарство.

Маша подвинула к дивану крошечный пуфик на колесиках, села на него, оказавшись у Юриных ног, и сделала глоток. Дико было то, что происходило сейчас с ней. Кто бы мог подумать, что она поздно вечером окажется дома у одинокого неприкаянного мужчины, терзаемого похмельем, и будет пить с ним коньяк, не закусывая.

Юра поставил рядом с собой на диван пустой стакан и предложил:

— Если хочешь, выпей еще, на кухне в холодильнике есть закуска.

Маша легко согласилась и долила себе немного.

Есть не хотелось. Коньяк на тощий желудок быстро оказал свое действие. Страх исчез. Пространство раздвинулось.

Юра вздохнул:

— Ну вот, слегка отпустило.

Маша спросила, переходя на «ты»:

— Слушай, а зачем ты пьешь?..Тебе что, скучно жить?

— Да нет... Когда летал, снимал напряжение... Потом привык. Среди летчиков много пьяниц.

— Понятно... А у меня подруга очень близкая исчезла...

— А разве женщины умеют дружить? — спросил он беззлобно.

— Мне кажется, мы дружили, — неуверенно проговорила Маша, вспомнив про папку «Алик».

— А ты можешь мне сделать чай с лимоном?

— Могу, если у тебя есть лимон.

— Там, — он неопределенно махнул рукой, — на кухне есть все.

Маша пошла в коридор искать кухню. Дуня радостно вскочила за ней и, обогнав, точно указала направление. На кухне был такой же аскетический порядок, как и в комнате. Было ясно, что какашки в коридоре случайность. Когда Маша их убирала, Дуня с виноватым видом отводила в сторону глаза. Холодильник был набит до отказа, продукты аккуратно разложены по полочкам, как на витрине. В подвесном шкафчике были разные чаи на выбор. Она выбрала элитный «МаЬгос», в очередной раз поразившись Юриной хозяйственности.

Маша вскипятила чайник и тщательно заварила черный чай. Нарезала дольками лимон, налила в два высоких бокала чай, поставила все на поднос и понесла в комнату.

Юра самостоятельно выпить из бокала чай не смог, так у него дрожали руки. Она стала поить его, как маленького, из ложки, бессознательно повторяя движения его губ и языка. Он выпил полстакана и устал.

— Спасибо, что возишься со мной, — сказал он и протянул ей руку ладонью кверху.

Таким доверительным жестом он, наверное, протягивал руку Дуне. Маша заглянула в развернутую ладонь. На ней читались признаки ума и таланта, но линии ума и жизни не соединялись в букву «М», а шли каждая сама по себе. Это означало, что вообще-то он умный, но своим умом не пользуется, живет как придется.

Она накрыла его руку своей и положила на коленку. Тут же подошла Дуня и подсунула свой нос к его руке. И на мгновение они так замерли втроем. Маша представила, как убедительно выглядит со стороны такая композиция. Два человека и собака. Нужны друг другу, как воздух и вода. И если она уйдет, то они опять осиротеют, а Юра, быть может, даже умрет.