Книга Рукопись, найденная в Выдропужске, страница 35 – Анна Дашевская

— Это что, рожь? – решила я начать беседу.

Ну что в самом деле, сорок минут едем и молчим, словно поссорившиеся супруги!

Коротко глянув на меня, «голос разума» обронил:

— Понятия не имею. Я не агроном.

— А кто?

— В смысле?

— Вы – не агроном, это я поняла, а кто же вы тогда? Инженер, врач, физик, лирик?

Снова нечитаемый взгляд.

— Вам зачем? Сейчас я ваш водитель. Понадобится – буду охранником или справочником, или таскателем тяжестей. По мере необходимости.

— Как угодно.

Я отвернулась и стала глядеть в окно. Там был лес, светлый березняк, видимый почти насквозь. Со вздохом я подумала о грибах, которые уже должны бы были пойти, о крепеньких молодых подберёзовиках и толстоногих подосиновиках-челышах, о боровиках с тёмно-коричневыми шляпками, с одной стороны чуть обкусанными улитками…

Вот в самом деле – как вам угодно, господин Кузнецов. Мы изучим Вёшки и Выдропужск, пройдём по всем местам, где могут остаться следы славного архитектора Саввы Чевакинского, потом вы уедете в Москву, а мы с тётушкой махнём сюда, вот в этот самый березняк, и будем собирать грибы. И пусть весь мир подождёт!

— Что за чёрт, – еле слышно пробормотал «голос разума». – Вот здесь должен уже быть поворот на Пестово, а указатель на какую-то спортивную базу…

— Ну так может она и есть «Пестово»? – я не стала отвергать протянутую оливковую ветвь. – Что говорит навигатор, сколько ещё до Вешек?

— Навигатор сказал, что потерял сигнал, ещё километров пять назад, – он снова очень тихо выругался сквозь зубы. – А Яндекс уверяет, что мы почти на месте.

— Давайте ему поверим и проедем, куда он предлагает? В конце концов «почти на месте» предполагает, что можно вернуться и начать поиск заново.

Далеко мы не уехали: в том месте, где по уверениям справочной системы располагалась деревня Вёшки, нас встретила лужа. Возможно, она собиралась стать прудом, но пока до этой стадии ещё не дошла. Во всяком случае, дорога была полностью перегорожена метров на десять этим неизвестной глубины коричневым водоёмом, и края его сквозь кусты уползали куда-то в лесок.

Кузнецов почесал в затылке.

— Могу попробовать форсировать преграду, но…

— Если сядем по брюхо, вытаскивать будет некому. Но и переплывать это я бы не стала.

— Ваши предложения?

— Вернуться назад. Мне показалось, километрах в десяти был поворот на какую-то деревню, и вроде даже собачий лай слышался. Заедем и спросим у местного населения.

Деревня была довольно большой, домов тридцать. Или пятьдесят, не умею я так сходу определять. Но дома – избы? – были все крепкие, с новенькими железными крышами, с окнами, окружёнными красивыми резными наличниками, окружённые садами, с гаражом на каждом участке. И дорога между ними, именуемая улицей Центральной, оказалась ровной и аккуратно посыпанной гравием. Мы проехали по этой улице метров триста и остановились возле колодца. Там стояли три немолодых женщины – две в джинсах и футболках, одна в цветастом платье – и разговаривали. Выпрыгнув из машины, Сергей Михайлович направился к ним. Разумеется, я последовала его примеру, не останусь же я в стороне? Да и вообще, мало ли, может у них можно прикупить чего-то полезного. Тех же яблок… Сглотнув слюну, остановилась за правым плечом господина Кузнецова и посмотрела на тёток. Он же, поздоровавшись, спросил: