Книга Босс. Служебное искушение, страница 6 – Софья Феллер

— Вдвоём, — спокойно отвечает он, будто это самое обычное дело.

А у меня внутри всё скручивается в узел. Вдвоём. Чёрт.

Похоже, у нас куплен фаст трэк, потому что мы не идём в общий зал, а проходим за хорошенькой сотрудницей, которая напропалую флиртует с Жигулиным. Вокруг царит утренняя суета: чемоданы грохочут по кафельному полу, дети капризничают, взрослые раздражённо проверяют посадочные талоны. Но нас этот хаос почти не касается. Наш путь — через отдельный коридор, где пахнет дорогим кофе и ароматизатором для воздуха.

— В отпуск летите? — мурлычет девушка, кокетливо наклоняя голову и стреляя глазами в сторону босса.

— По работе, — холодно констатирует факт Тиран Маркович, даже не взглянув на неё.

— Надолго? — не унимается она, посылая ему очередную очаровательную улыбку. У неё идеально уложенные светлые волосы, ровный загар и голос, будто она всю жизнь работала в колл-центре.

— Нет, — отвечает он с тем же отсутствием энтузиазма, будто это вопрос про прогноз погоды.

— Может, наберёте мне, как вернётесь? — с лёгкой грацией она кладёт ему в нагрудный кармашек карточку с номером телефона, запах её сладких духов остаётся в воздухе.

С каменным выражением лица Антон Маркович игнорирует восторженную поклонницу, которая заметно теряет свой запал. Щёки у неё чуть розовеют, и она с тихим «приятного полёта» прячется за стойкой.

Мы проходим паспортный контроль и досмотр багажа, в воздухе пахнет металлом, антисептиком и какой-то выпечкой — из соседнего кафе доносится запах круассанов. Пассажиры снуют туда-сюда, с лицами, уставшими и сосредоточенными. Почти сразу объявляют посадку, и мы, минуя очереди, направляемся к выходу.

Я думала, что мы полетим отдельно. В экономе, по крайней мере я, где мне и место. Зачем вообще боссу так тратиться на меня? Но оказывается, что мы оба летим бизнес-классом. И не просто летим — на соседних креслах. Салон просторный, с бежевыми креслами, аккуратными пледами и приветливыми стюардессами, которые говорят мягким, чуть замедленным голосом, как будто у них внутри вмонтирован режим "успокоения клиентов".

Уфф… Как-то мне страшновато. Для меня это будет не только первый раз на море, но ещё и первый полёт. Внутри — странный коктейль из предвкушения, напряжения и лёгкой паники. Не скажу, что я в ужасе от этого. Но есть какой-то червячок беспокойства. Наверное, это присуще любому, кто впервые летит в осознанном возрасте. Все эти периодические новости об авиакатастрофах как-то не добавляют уверенности в то, что в этот раз всё пройдёт гладко.

Вот я и озираюсь по сторонам, наблюдаю за тем, какие все вокруг меня спокойные. Аж зависть берёт. Вон, тот же Жигулин вообще на расслабоне, растёкся в кресле, будто ему всё нипочём. Закрыл глаза, закинул одну руку за голову — словно дома на диване, а не в самолёте, который вот-вот оторвётся от земли.

Симпатичный он всё-таки. Причём не глянцевой красотой с обложки журнала, а такой, от которой щёлкает внутри что-то древнее, первобытное. Мужская, грубоватая внешность. Скулы чёткие, словно вырублены из камня, подбородок волевой, с лёгкой щетиной, придающей образу брутальности. Губы — чуть сурово сжатые, но чувственные. А глаза… это отдельная песня. Такой цепкий, оценивающий взгляд, будто сканирует собеседника до самого дна души. При этом холодный, как сталь, без намёка на тепло. Но именно в этой отстранённости есть какая-то притягательность, опасная и манящая одновременно.