Книга Бывшие. Сводный грех, страница 48 – Софья Феллер

— Прости, я не специально! — голос у неё дрожит. — Это… просто они так неожиданно начались. У меня даже ничего с собой нет. Но я все постираю! Давай прямо сейчас, пока не засохло.

Она резко подскакивает с кровати, судорожно начинает стягивать покрывало, избегая моего взгляда. Я вижу, как сильно ей неловко, но не могу позволить ей так паниковать из-за пустяка. Подхожу ближе и осторожно беру ее за руки, пытаясь остановить.

— Птичка? — говорю спокойно. — Посмотри на меня.

Она колеблется, явно смущенная до предела.

— Ну, давай же. Я не кусаюсь, — уже более настойчиво говорю и чуть жестче беру ее за подбородок, заставляя поднять голову.

— Пожалуйста, можно я пойду? — умоляющим голосом пытается вырваться.

— Это всего лишь месячные, Ален. Физиология. Никакой трагедии не произошло, — мягко поглаживаю ее по щеке. — Покрывало отстирается. Или ты думаешь, что меня шокирует вид крови?

— Но я испачкала… И теперь даже не могу сходить в магазин, чтобы купить… — ее голос затихает, превращаясь в шепот.

— Страшное слово "прокладки"? — с улыбкой спрашиваю, пытаясь разрядить ситуацию. — Я не бытовой инвалид, в обморок не упаду и на кассе пробить не стесняюсь. Ты просто скажи, какие тебе нужны, я схожу и куплю.

Она смотрит на меня сначала с удивлением, будто не ожидала, что такие вещи вообще можно обсуждать. Потом уголки ее губ дрогнули, и она, чуть скептически прищурившись, хмыкнула:

— Ты серьезно? Мужчины обычно бегут от таких разговоров.

— Ну, я могу сделать исключение, — пожимаю плечами с улыбкой.

Как просто иногда быть героем в ее глазах. От одного взгляда, полного признательности, мое эго раздувается до космических масштабов, словно я только что спас целую планету, а не предложил съездить за прокладками. Это приятно щекочет внутри и кажется, что ради этого взгляда я готов на любые подвиги.

Целые выходные мы ведем себя как паиньки и разъезжаемся на две недели, чтобы ждать новой встречи. Мне все сложнее держать себя в руках рядом с Аленкой, и с каждой встречей терпение истончается, превратившись в тонкую ниточку, которая вот-вот порвется. Каждый ее взгляд, каждое случайное касание подстегивают желание стать ближе, стереть эту невидимую границу между нами и, наконец, дать волю чувствам.

Целый день родители держали нас в напряжении: совместный просмотр фильма, обсуждение их предстоящей свадьбы и бесконечные походы по магазинам. Мы с Аленкой только и успевали переглядываться украдкой да случайно касаться друг друга, пока Вика была отвлечена чем-то более важным, чем наша тайная связь.

Наконец, с наступлением ночи, Вика угомонилась и ушла с отцом в спальню. Я, не теряя времени, тут же написал Алене: «Спускайся на кухню. Попьем чаю». И, что самое удивительное, мы действительно пьем чай.

Аленка ловко заварила какой-то особенно ароматный и поставила кружки на стол, улыбнувшись украдкой. Я сижу, наблюдая за ней, и каждый ее жест кажется каким-то завораживающим. Вокруг тишина, и только приглушенный свет от кухонной лампы освещает нас двоих. Мы сидим ближе, чем положено при "питье чая", и, кажется, оба это понимаем, но не говорим ни слова. Я тянусь к кружке, наши руки встречаются, и электрический заряд пробегает по пальцам.

— Пить чай ночью — это наш новый код? — она хихикает, поднимая глаза и хитро смотря на меня.