Книга Бывшие. Сводный грех, страница 55 – Софья Феллер

Закусываю губу, чтобы не ляпнуть подтверждающе “охренительный”, выдавая себя с головой. Что влюбилась так сильно, как только может влюбиться девчонка впервые. Без оглядки, всем сердцем, до бабочек в животе и розовой ваты в голове. Что готова принять все, что он может дать. И плевать на последствия.

Руки Алекса тем временем живут своей жизнью, поглаживая меня неспешно, начиная со спины. Задерживаются на какое-то время, чтобы очутиться позднее уже на ягодицах, которые сжимают по-собственнически сильно. А затем спускаются ниже, задевая кожу между бедер и вызывая у меня непроизвольное сокращение мышц живота, отчего я наклоняюсь вперед и касаюсь грудью его торса.

Алекс шумно выдыхает, запуская руку мне в волосы и наклоняясь, чтобы коснуться губ и сразу же перейти к глубокому, жаркому поцелую. Дает мне понять, что сегодня мы не ограничимся только лишь им. Я трепещу, предвкушая, распаляясь сильнее.

Рука Алекса тянется мне за спину и развязывает кончик бантика на лифе купальника, проделывает то же самое со вторым. И вот наш контакт становится полным, будто две противоположно заряженные пластинки соединились в идеальный проводник, и ток течет беспрепятственно между нами.

— С ума по тебе схожу, моя, — шепчет мне в губы, сжимая грудь всей ладонью, так что она целиком оказывается в его руке.

Подсаживает меня на самый край бортика, так что теперь его губы находятся ниже, намного ниже, чем мне бы того хотелось. Только до того момента, как он берет в рот мой сосок и перекатывает его языком. Всполохи удовольствия становятся такими яркими, что я прикрываю глаза, сосредотачиваясь на них.

— М-м-м, еще!

— Как скажешь, птичка, — Алекс втягивает сосок другой груди в рот, покручивая пальцами предыдущий.

Это так остро! Бедра сами собой сжимаются, но Алекс не дает их свести до конца.

— Мы только начали, Аленка, нетерпеливая какая, — цокает, а сам как бы невзначай проводит рукой по перешейку трусиков.

Я дергаюсь, но рука Алекса надежно держит меня за талию, и он проделывает это снова и снова. Прикусывает сосок, трогает сквозь трусики, снова прикусывает. Это так приятно, что я сама подаюсь навстречу. Кажется, смазки так много, что она давно промочила купальник насквозь.

Все жду, что Алекс пойдет дальше, но он удивительно терпелив. Не выдерживаю первая.

— Алекс-с-с, пожалуйста… — умоляюще постанываю, удивляясь, что я, оказывается, так могу. Таких интонаций, просящих, призывных, сексуальных, никто, кроме него, не удостаивался.

— Скажи, что ты хочешь, — включает змея-искусителя и останавливает ласки.

Я всхлипываю, потому что невыносимо ощущать желание такой силы и не иметь возможности его уменьшить. Кажется, если он не продолжит, я умру.

— Ласкай меня… там…

— Вот черт, — выдыхает сквозь зубы.

Садится ко мне вплотную, вовлекая в поцелуй, покусывая губу, а рукой отодвигает трусики и касается сердцевины.

— Ах-х-х, — несдержанно, громко стону.

Алексу от этого крышу срывает, потому что он подтаскивает поближе свои джинсы, устраивая мою попу точно на них, предварительно освободив от остатков одежды.

Я не смотрю на его член, отвожу взгляд.

Он накрывает меня собой, и мои ноги инстинктивно обхватывают его бедра.

— Мне страшно, — признаюсь.

— Расслабься, сегодня я только поглажу, не буду входить. Доверяй.