Книга Измена. К черту любовь, страница 14 – Софья Феллер

— Ну, надо же как-то скрашивать будни, — спокойно отвечаю, подходя к чайнику, чтобы налить себе чаю. — А то в отделении все слишком серьёзные.

Довольный произведённым впечатлением, ухожу к себе в кабинет.

Круговорот пациентов, коллег, операций захватывает так сильно, что я теряю ощущение времени. Сутки пролетают, и под утро я понимаю — ложиться подремать уже нет смысла. Осталось лишь дождаться конца смены и отправиться домой.

На автомате захожу в комнату отдыха, чтобы хоть немного расслабиться перед дорогой. В тусклом свете лампы замечаю Риту, сладко спящую на диване. Она свернулась калачиком, укрытая тонким пледом, и на мгновение все заботы, нервное напряжение последних дней будто испаряются.

Я останавливаюсь у порога, невольно задержав взгляд на её лице. Впервые за всё это время она кажется абсолютно беззащитной. Её обычно строгие черты смягчены сном, губы чуть приоткрыты, а длинные ресницы едва подрагивают. Такую Риту я не видел никогда — в ней нет той колкости и постоянного напряжения, с которым она обращается ко мне. Сейчас передо мной только девушка, уставшая не меньше, чем я.

Что-то в груди приятно щемит, словно прорывается через все те преграды, которые я старался держать. Чёрт, чем она меня так зацепила? Медленно подхожу ближе, позволяя себе секундную слабость. Опускаюсь на корточки рядом с диваном и осторожно, почти не касаясь, провожу пальцами по её щеке. Кожа у неё мягкая, тёплая. В этот момент кажется, что мог бы забыть обо всём, если бы вот так сидел рядом и чувствовал её дыхание.

Но тут Рита резко вздрагивает, её глаза распахиваются, и она встречается со мной взглядом. Неловкая пауза.

Рита

Сначала я просто не хотела открывать глаза. В комнате раздались тихие шаги, но мне настолько хотелось спать, что я решила игнорировать всё вокруг. Подумаешь, кто-то зашёл. Может, очередная медсестра или санитарка на короткий перерыв. А мне просто смертельно хотелось выспаться. Операция ночью была адски долгой — восемь часов мы собирали парня после аварии, его ногу буквально по кусочкам склеивали.

Я чувствовала, как усталость наваливается огромной тяжестью, от которой не сбежать. Но в какой-то момент до меня доходит, что кто-то стоит рядом. Нет, не просто стоит. Чьи-то пальцы осторожно коснулись моей щеки, и в груди что-то вздрогнуло от этого прикосновения.

Сердце начинает стучать быстрее, но я всё ещё не двигаюсь. Разум твердит, что нужно проснуться и прекратить этот странный момент. С трудом приоткрываю ресницы, и первое, что я вижу — это Роман Андреевич. Он стоит, склонившись надо мной, смотрит на меня с таким выражением… таким, какого я от него совсем не ожидала. Не насмешливым, не строгим — в его глазах что-то мягкое, почти нежное.

Он наклоняется и касается моих губ.

И я тут же ощущаю, как пламя обиды и упрямства снова разгорается внутри.

— Вы что себе позволяете, Роман Андреевич?! — вскакиваю с дивана, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Сон как рукой сняло. — Это нормально, по-вашему? Просто взять и трогать меня, пока я сплю?!

Роман отшатывается на шаг, но его лицо остаётся невозмутимым.

— Ты так сладко спала, что я просто не мог удержаться, — отвечает он мягким тоном.

— Это что, шутка такая?! — кричу я, сжимая кулаки от бессилия. — Ты думаешь, что тебе всё позволено, потому что ты теперь завотделением? Думаешь, я буду терпеть твои дурацкие прикосновения и подколы?