Книга Измена. К черту любовь, страница 52 – Софья Феллер

Она укладывает меня в своей комнате, накрывает тёплым одеялом и гладит по голове. Я засыпаю с её словами на повторе: "Ты справишься. У тебя всё получится."

Утро на работе, как всегда, начинается с рутинных обходов. Но вместо привычной усталости я ловлю себя на странном автоматизме движений. Всё делаю, как обычно, но мысли блуждают где-то далеко.

Постучав в очередную дверь, вхожу в кабинет осмотра. За столом сидит Пётр Георгиевич, мой давний пациент. Ему пятьдесят, но выглядит он лет на сорок пять: крепкий, импозантный, с выправкой, словно готовится на сцену.

— Маргарита Евгеньевна, рад вас видеть, — тепло улыбается он, легко поднимаясь с кресла.

— Доброе утро, Пётр Георгиевич. Как ваша нога? — спрашиваю, занимая место напротив.

— А нога-то у меня теперь как новая. Если бы не вы, так и хромал бы. Я тут уже всё своим друзьям рассказываю, что вы врач от Бога, — отвечает он с улыбкой, слегка приподнимая штанину, чтобы показать аккуратный шов.

— Это не только моя заслуга. Вы сами отлично справились с реабилитацией, — отвечаю, вглядываясь в его бумаги.

Пётр Георгиевич всматривается в меня внимательным взглядом и вдруг прищуривается.

— А что это вы сегодня такая грустная, Маргарита Евгеньевна? У вас ведь всегда улыбка такая, что хоть в кино снимай. А тут… будто весну украли.

Я невольно улыбаюсь его прямоте.

— Просто немного не выспалась, — коротко отвечаю, не желая вдаваться в подробности.

— Не поверю! У вас глаза как у человека, который чем-то расстроен, — наклоняется он вперёд, словно пытаясь разгадать меня. — Ну, если что, вы мне говорите. Я человек надёжный, умею слушать.

— Спасибо, Пётр Георгиевич, — отвечаю с тёплой улыбкой, ставя подпись в его карте.

Он откидывается на спинку стула и вдруг спрашивает:

— Маргарита Евгеньевна, а вы случайно на кофе не соглашаетесь с благодарными пациентами?

Я слегка улыбаюсь.

— Я думаю, вы справитесь с кофе и без меня, Пётр Георгиевич, — шучу в ответ, стараясь свернуть разговор.

— Да это не про кофе, это про компанию, — театрально вздыхает он, поднимаясь с кресла. — Ладно, ваша профессиональная строгость меня победила. Но помните, доктор, ваша улыбка лечит не хуже ножа хирурга.

Я благодарю его за комплимент, и он провожает меня до двери. Когда она закрывается, внутри становится чуть теплее.

Возвращаюсь в ординаторскую с лёгкой улыбкой, словно этот диалог подарил мне частичку сил. Но на пороге меня останавливает фигура Ромы. Он выглядит напряжённым, взгляд словно пронизывает насквозь.

— Рит, — начинает он с того, что сразу перехватывает инициативу. — Нам нужно поговорить. Сейчас. Пожалуйста.

Я смотрю на него, и всё, что копилось внутри, вновь поднимается комом. Но одно я понимаю точно — избежать этого разговора не получится.

Рита

— Хорошо. Давай. Куда пойдём?

— У меня в кабинете никто не потревожит.

Рома бросает на меня встревоженный взгляд и направляется к кабинету. У двери оборачивается, кивая, приглашая жестом зайти. Колеблюсь пару секунд, но потом делаю шаг вперёд. Он тут же закрывает дверь на замок.

— Может, не стоило? — спрашиваю тихо, скрестив руки на груди.

— Слишком много лишних ушей, — он нервно проводит рукой по волосам. — Ты же знаешь местных сплетников. А с нашим главврачом лучше вообще не сталкиваться в таких ситуациях.