Книга Измена. К черту любовь, страница 63 – Софья Феллер

Рус переживает сильнее, чем показывает. Он старается быть сильным, но в его глазах вижу страх. Время от времени он задаёт сложные вопросы, на которые у меня нет честного ответа.

— Пап, а мама поправится? — однажды спрашивает он, когда мы идём домой с вечерней прогулки.

Я останавливаюсь, поворачиваюсь к нему.

— Мы сделаем всё, чтобы она поправилась. У неё есть врачи, есть ты и я. Мы справимся.

Он кивает, но я чувствую, что ответ не совсем его успокоил.

Всё это время я не могу выбросить из головы Риту. Чувства к ней стали чем-то, от чего невозможно избавиться. Они вырвались на свободу, стали ярче и сильнее. Это не просто симпатия — это уже часть меня. Но говорить об этом с Ирой? Могу ли я?

Ночью, сидя за рулём после очередного визита в больницу, я принял решение. Нужно быть честным. Слишком долго я держал всё в себе.

На следующий день, зайдя в её палату, вижу Иру, полусидящую среди подушек с закрытыми глазами. Она выглядит измождённой, но всё равно поднимает взгляд, как только слышит мои шаги.

— Рома? — тихо спрашивает она.

Я подхожу ближе, сажусь рядом.

— Нам нужно поговорить, Ира, — произношу, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Она смотрит на меня. Похоже, готова выслушать, хоть и понимает, к чему я клоню..

Рома

Я закрыл за собой дверь палаты, и мягкий щелчок замка раздался в тишине. Палата была небольшой, но уютной: бледно-зелёные стены, тонкая занавеска на окне, чуть пропускающая свет, и стандартная больничная мебель. На тумбочке стоял стакан воды, а рядом с кроватью лежала книга с закладкой на середине. Ира сидела, слегка приподнявшись на подушках, её волосы были собраны в небрежный хвост, а на лице читалась смесь скуки и усталости.

— Рома? — тихо спрашивает она.

Я подхожу ближе, сажусь рядом.

— Нам нужно поговорить, Ира, — произношу, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Она сразу подняла на меня измождённый взгляд, прищурилась, как будто читала мои мысли, и уголки её губ дёрнулись в лёгкой усмешке.

— Что, Роман Андреевич, снова лечить меня морально вздумал? — произнесла она, откидываясь на подушку. — Говори уже, у тебя на лице всё написано.

Я усмехнулся, придвигая стул ближе к её кровати.

— Смотри-ка, читательница лиц, — пробормотал я, присаживаясь. — Нам надо обсудить кое-что.

Ира тяжело вздохнула, явно собираясь запастись терпением.

— Я слушаю, — коротко кивнула она.

Я помедлил. Найти правильные слова всегда сложно, но тут речь шла о честности, которую нельзя было больше откладывать.

— Ира, ты знаешь, что я всегда буду рядом, если тебе нужна помощь. Мы договорились, что ты можешь на меня рассчитывать, и я своё слово держу. Но есть кое-что, что я должен прояснить.

Её глаза сузились, взгляд стал острым.

— Ох, Рома, не тяни. Я уже устала от твоей серьёзности. Говори, не заставляй гадать.

Я вздохнул и посмотрел прямо на неё.

— У меня есть чувства к Рите, — сказал я прямо.

Её лицо застыло на мгновение, потом тишину разрезал её смех — резкий и чуть надрывный.

— Ну конечно, как же без неё. Твоя новая любовь, да?

— Да, — просто ответил я, глядя ей прямо в глаза.

Она подняла брови, явно удивлённая моим тоном.

— И что ты предлагаешь? Бросить всё и катиться к своей Рите, пока я тут в больнице?

— Нет, я не бросаю тебя. И я буду рядом, чтобы помочь. Но мой выбор — это Рита. Я не могу и не хочу этого менять, — сказал я, стараясь говорить спокойно.