Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 4. 18+, страница 159 – Игорь Некрасов

И, чувствуя, как в крови разливается странная, пьянящая власть, Игорь сказал уже увереннее:

— Ладно, сука. Давай уже пиздуй на кровать.

Юля улыбнулась той самой счастливой, преданной улыбкой и начала медленно подниматься с колен. Её движения были плавными, почти грациозными — она явно наслаждалась каждым мгновением.

— Хочешь отъебать мои дырки, да, Игорь? — спросила она, глядя на него из-под ресниц.

Игорь чувствовал себя неловко от таких слов. Ему было непривычно и странно.

— Да… — выдохнул он, стараясь, чтобы голос звучал твёрже. — … сука ты ебучая. Давай шевевелись… тварь.

Юля засияла и замерла на несколько секунд с довольной улыбкой на лице. А затем послушно, без единого слова, подошла к краю кровати, остановилась, обернулась через плечо.

— Будешь трахать меня раком? — спросила она, и в голосе её звучало предвкушение.

— Да, — кивнул Игорь, уже не сомневаясь. — Встань раком.

— Слу… ша… юсь, — прошептала она и опустилась на кровать.

Она встала коленями на край, чуть раздвинув их, и наклонилась вперёд, опираясь на локти. Её спина прогнулась, таз приподнялся, открывая ему идеальный, бесстыдный вид.

Игорь замер, разглядывая её в столь откровенной позе.

Её киска была полностью открыта ему — влажная, раскрасневшаяся, с блестящими от возбуждения половыми губами. Капельки смазки стекали по внутренней стороне бёдер, поблёскивая в приглушённом свете спальни. Чуть выше, между округлыми ягодицами, виднелось анальное отверстие — тёмно-розовое, сжатое, но такое манящее в своей беззащитности.

Она замерла в ожидании. Её тело дрожало мелкой дрожью, и эта дрожь передавалась кровати, воздуху, ему самому.

— Ну же, Игорь, — выдохнула она, чуть поведя бёдрами. — Твоя шлюха ждёт.

Игорь смотрел на неё и не мог оторвать взгляд. Мягкие, чуть припухшие половые губы соблазнительно расходились в стороны, открывая влажную, блестящую глубину. Тёмные волосы на киске — густые, чуть вьющиеся, обрамляли это зрелище, делая его ещё более живым, настоящим и соблазнительным.

И он понял: это возбуждает по-настоящему. По-дикому. По-животному. Она его манила. Звала. Требовала.

Он подошёл сзади, почти вплотную. Его член касался её ягодиц, скользил по коже, оставляя влажные следы. Он смотрел на её попку — округлую, упругую, с ямочками по бокам. И решил подыграть.

Шлепок. И ладонь звонко ударила по ягодице. Кожа мгновенно порозовела.

— Да, Игорь, да! — застонала она, дёрнувшись вперёд. — Ещё!

Он усмехнулся и ударил снова.

Шлепок. Ещё один. И ещё, уже по другой ягодице. По обеим сразу. Звуки пощёчин смешивались с её стонами, создавая бешеный, животный ритм.

— О-о-о да, — выдохнула она, тяжело дыша, уткнувшись лицом в кровать. — Теперь… дава-а-ай отъеби меня! Свою шлюху!

Игорь взял член в руку, поднёс к её влажной, ждущей киске и поводил вверх-вниз, размазывая смазку и её выделения по головке, дразня её и усиливая её желание. Потом надавил. И член вошёл в неё удивительно легко, будто её дырочка уже была разработана, будто ждала именно его.

Она была горячая, влажная, тугая — но в то же время податливая, принимающая. Он вошёл почти до конца, чувствуя, как её внутренние стенки сжимаются вокруг него, как она стонет от каждого нового миллиметра.

«Уфф… охуенно!» — пронеслось в его голове, и он начал двигаться — медленно, смакуя каждое мгновение.