Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 4. 18+, страница 230 – Игорь Некрасов

— Да ладно тебе, — сказал он. — … ты же не одна тут. Я с тобой. И вон, у нас даже свет есть.

Софья отвела глаза, переминаясь с ноги на ногу.

— Если честно… — начала она неуверенно, — меня не темнота пугает… а замкнутое пространство.

Игорь удивлённо поднял брови.

— В смысле?

— Ну-у… у меня клаустрофобия, — призналась она тихо. — … и я боюсь таких замкнутых помещений, вот… как с лифтом сегодня.

— Серьёзно? — переспросил Игорь. — Ты боишься тесных помещений?

Софья кивнула, прикусив губу.

— Да… и сейчас мне очень не по себе.

— Ну, давай тогда я чуть приоткрою дверь, — предложил Игорь. — Чтобы тебе спокойнее было.

— Давай, — выдохнула она с облегчением.

Игорь протиснулся мимо неё — в тесноте пришлось почти прижаться, и он почувствовал тепло её тела, учуял лёгкий цветочный аромат, исходящий от волос. На секунду замер, но тут же шагнул к двери.

Он нащупал ручку, нажал. Дверь не поддалась. Попробовал ещё раз — бесполезно.

— Ну что? — донёсся взволнованный голос Софьи.

Игорь надавил сильнее, дёрнул — ноль реакции. Он поднёс телефон к замку и всё понял.

«Пиздец», — пронеслось у него в голове.

Обычная круглая ручка, которая явно не открывала дверь изнутри — такие часто ставят в подсобках, чтобы закрывать снаружи и не париться. Скорее всего, с той стороны вообще нужен ключ.

«Что за хуйня? — мысленно выругался Игорь. — Зачем было вообще так делать?»

— Что там? — голос Софьи дрогнул. — Не открывается, что ли?

Игорь замер. В голове лихорадочно заметались мысли:

«Бля, и что мне ей сказать? Ха-ха, боже, она же умрёт нахуй здесь, если я скажу, что дверь не открывается».

Он обернулся к ней, стараясь, чтобы лицо выглядело максимально спокойным.

Софья стояла в двух шагах, прижимая кулаки к груди, и в глазах её уже начинала закипать паника.

— Да нет, всё нормально, — выдавил он улыбку. — … просто ручка тугая, сейчас… открою.

Игорь навалился плечом на дверь, ударил раз, другой. Дверь даже не дрогнула — глухой звук удара растворился в толще металла, не оставив и следа надежды.

— Не открывается? — голос Софьи дрогнул, в нём явственно зазвучали панические нотки. — Мы заперты, да?

Игорь обернулся к ней, стараясь сохранять максимально спокойное выражение лица.

— Да нет, просто заела, похоже, — сказал он, продолжая для вида дёргать ручку. — Сейчас… — он лихорадочно соображал, что делать, и, чтобы хоть как-то отвлечь её от нарастающей паники, спросил первое, что пришло в голову: — Слушай, а как это вообще — бояться замкнутых помещений?

Софья нервно переспросила:

— В смысле?

— Ну, — Игорь пожал плечами, продолжая делать вид, что борется с дверью, — мы же знаем, что эта дверь открывается, так? И если что, мы можем выйти… и поэтому… как можно бояться, если ничего опасного на самом деле нет?

Софья глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, и заговорила, сбивчиво, но стараясь объяснить:

— Понимаешь… я знаю, что это глупо. Но когда я в маленьком помещении, особенно если нет окон и я не знаю, когда смогу выйти… у меня начинает бешено колотиться сердце. Воздуха не хватает. Кажется, что стены сейчас сдвинутся и раздавят. Что я задохнусь. Разум говорит, что это ерунда, но тело… тело не слушается. Это как животный страх, на уровне инстинктов… понимаешь? Ты не можешь его контролировать.

Она замолчала, тяжело дыша. В темноте кладовки её голос звучал особенно уязвимо.