Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 4. 18+, страница 295 – Игорь Некрасов

Соболев усмехнулся уже откровеннее:

— Двести тысяч? Они заработали на преступлении более двух миллионов. Какой это залог? Это не обеспечение, это насмешка.

— В таком случае пятьсот тысяч, — твёрдо сказал адвокат. — По пятьсот тысяч с каждого. Уверен, этого достаточно, чтобы гарантировать их явку в суд.

Судья подняла руку, останавливая обоих, и в зале тут же повисла тишина.

Игорь смотрел на неё, затаив дыхание. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, его стук слышен всем. Семён Семёныч сидел рядом, бледный и сжав губы в тонкую линию. Он не смотрел на адвоката, не смотрел на следователя. Он смотрел прямо перед собой, в пустоту, и его руки, лежащие на коленях, мелко дрожали.

Судья перевела взгляд на Игоря, и он тут же почувствовал на себе этот холодный, изучающий взгляд и сжался ещё сильнее.

Она ничего не сказала. Просто смотрела. Секунду. Две. Потом опустила глаза в бумаги.

— Слово предоставляется обвиняемым, — произнесла она ровным, безэмоциональным голосом. — Есть ли у вас что добавить?

Игорь открыл рот, но не смог выдавить ни звука. В горле пересохло, язык прилип к нёбу.

Он чувствовал, как все смотрят на него — судья, следователь, адвокат, даже пристав у двери. А он сидел, как парализованный, и не мог произнести ни слова.

Семён Семёныч вдруг поднял голову, поправил несуществующие очки и заговорил — тихо, срывающимся голосом, но с той самой нудной, деловой интонацией, которая, казалось, была его вторым «я»:

— Ваша честь… позвольте извиниться, так сказать, за данный инцидент. И я вас уверяю… я смею ответить и за своего товарища и коллегу Игоря Игоревича Семёнова — мы добросовестные сотрудники компании «Вулкан Капитал». Мы не имеем…

— Прошу вас отвечать только за себя, — перебила его судья холодно. — Не за товарища.

Семён Семёныч вздрогнул, сглотнул и поправился:

— Разумеется, ваша честь. Я… я не имел никакого злого умысла в мошеннической деятельности, напротив, я хотел бы добавить…

Он запнулся, и эта пауза затянулась.

Игорь смотрел на него и не узнавал своего коллегу. Тот, кто всегда мог ответить на любой вопрос, разложить по полочкам любую проблему, сейчас стоял, открыв рот, будто забыв все слова, бледный, растерянный, и не мог выдавить из себя ни слова.

Судья подняла глаза от бумаг.

— Вы хотите добавить что-то? — Семён Семёныч молчал и смотрел только в одну точку на столе, его губы мелко дрожали. — Вам плохо? — спросила судья уже чуть мягче.

Семён Семёныч чуть пришёл в себя, мотнул головой и прошептал: «Нет… нет, ваша честь. Всё хорошо». Он помолчал ещё секунду, потом выдохнул: «Больше… э-э-э… добавить нечего, ваша честь. Извините». И медленно опустился на скамью.

Судья перевела взгляд на Игоря.

— Слово предоставляется обвиняемому Семёнову Игорю Игоревичу.

Игорь встал. Ноги были ватными, сердце колотилось где-то в горле. Он посмотрел на судью, потом на адвоката, потом снова на судью.

— Я не виновен, — выпалил он.

— К кому… вы обращаетесь? — тут же поправил следователь.

— Ваша честь, — поправился Игорь, чувствуя, как краснеет. — Ваша честь, я… я не мошенник.

Судья коротко кивнула, сделала пометку и снова опустила глаза в бумаги. Игорь сел, чувствуя, как пот стекает по спине.

Он сказал, что хотел. Коротко. Но сказал.

В зале снова повисла тишина. Теперь все ждали решения судьи. Игорь смотрел на неё, не отрываясь, и каждая следующая секунда, казалось, тянулась бесконечно.