Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 3. 18+, страница 127 – Игорь Некрасов

Игорь инстинктивно оглянулся, прильнув к окну. Парковка была пустынна, из магазина никто не выходил. Его взгляд метнулся по салону, выискивая тусклый огонёк видеорегистратора. Ничего. Только приглушённый свет уличного фонаря и тишина.

Он снова посмотрел на Милю.

Она спала так безмятежно и глубоко, что это выглядело почти святотатством — нарушать этот покой. Уголки её губ были чуть приподняты, будто ей снилось что-то хорошее. На секунду его пронзило чувство стыда, но тут же его сменила азартная, пьяная дерзость.

«Ну-у… она же всё равно ничего не узнает», — прошептал ему внутренний голос.

Игорь тихо усмехнулся своей же дурацкой, пошлой затее. Это было глупо, рискованно и абсолютно неправильно. Но именно это и делало идею такой заманчивой. Он разблокировал телефон. Яркий свет экрана осветил его сосредоточенное лицо. Он нашёл значок камеры, открыл её и первым делом потянулся к значку вспышки, чтобы отключить её.

«Чтобы не спалиться», — механически пронеслось в голове.

Сердце застучало чаще, когда он начал медленно, почти не дыша, протягивать руку с телефоном вперёд. Он старался двигаться плавно, боясь сделать резкое движение и разбудить её. В воздухе повисло напряжённое молчание, в котором он отчётливо слышал собственное дыхание и тихое сопение Мили. Он ловил ракурс, чтобы в кадр попали именно её ноги, раздвинутые колени и та смутная тень между ними, будто обещающая открыть вид на запретную зону.

Внезапно его осенило: «Звук-то не отключил!» С тихим проклятием он большим пальцем нажал на боковую кнопку, снижая уровень громкости на минимум. Теперь всё готово.

Он снова навёл камеру, стараясь, чтобы дрожь в руке не смазала кадр. Палец завис над кнопкой. И в этот самый момент, когда он нажал на неё, раздался тот самый, предательски громкий в полной тишине, ЩЁЛЧОК.

«Бля!» — мысленно выругался Игорь, и его сердце на мгновение замерло. «Он же уже был на беззвучном!» — тут же пронеслось в голове паническая мысль.

Звук в тишине салона показался ему оглушительным, как выстрел. Он резко, почти отшвырнув, убрал руку с телефоном, прижимая его к груди, и уставился на Милю, ожидая самой страшной реакции.

Но она… не проснулась. Ни один мускул не дрогнул на её лице. Она лишь глубже вздохнула, её грудь плавно поднялась и опустилась, а губы чуть шевельнулись, словно что-то беззвучно прошептав во сне.

Игорь сидел, не двигаясь, прислушиваясь к бешеному стуку собственного сердца, которое готово было выпрыгнуть из груди. Он смотрел на её безмятежное лицо, на её расслабленное тело, и по нему разлилась странная смесь дикого облегчения и горького стыда. А она продолжала спать, чистая и невинная в своём сне, совершенно не подозревая, что её интимная беззащитность только что была украдена.

Игорь выдохнул с таким облегчением, что у него закружилась голова. Он тут же метнул взгляд в сторону магазина, и их компания всё ещё не выходила.

«Блин, надо быть аккуратнее», — пронеслось в голове, и он с лихорадочной поспешностью перевёл телефон в беззвучный режим.

На его губах расползлась хитрая, пьяная улыбка азартного игрока, сорвавшего куш. Сердце всё ещё бешено колотилось, но теперь уже от предвкушения. Он тапнул по иконке галереи, его палец заметно дрожал. И вот он — последний снимок. Он увеличил его, вглядываясь в экран. И… его лицо вытянулось. На фото была лишь размытая темнота, с трудом угадывались контуры её ног, но не более того. Снимок был испорчен — слишком темно, ничего толком не разглядеть.