Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 2. 18+, страница 189 – Игорь Некрасов

«Вот сучка, блядь», — беззлобно, но с раздражением подумал он и, вздохнув, поплёлся на верхний этаж.

Поднимаясь по лестнице, он инстинктивно замедлил шаг, прислушиваясь. Оглушительный грохот, который в его квартире казался всеобъемлющим, здесь начал дробиться и приобретать направление. Определённо, громче всего музыка играла где-то сверху.

«Значит, Карина была права», — неохотно отметил он.

И тут, поднимаясь под аккомпанемент «Мёртвых Воронов», он почувствовал в кармане штанов знакомый твёрдый контур. Он сунул руку внутрь, и его пальцы наткнулись на холодный металл связки ключей. Игорь на мгновение застыл на ступеньке.

«Надо же, — с лёгким удивлением подумал он. — Я даже не заметил, что прихватил с собой ключи. Видимо, на автомате взял».

Он достал связку и, позванивая ею, как кастаньетами, лениво завершил подъём, подойдя к первой двери на верхнем этаже, которая была прямо над их квартирой. Игорь наклонился, прильнув ухом к щели между дверным полотном и косяком, чтобы окончательно убедиться. Ритмичный грохот бил прямо в барабанную перепонку — да, это точно отсюда. Параллельно его пальцы сами по себе нервно теребили и перебирали ключи, позванивая ими.

Выпрямившись, он с обречённым вздохом подумал: «Ну всё, им пиздец. Сейчас поговорим». И всё так же перебирая одной рукой ключи, он другой потянулся к звонку и с силой вдавил кнопку. Сквозь стену баса и воплей ему послышался короткий, пронзительный звук изнутри.

И пока он стоял в нерешительности, в голове лихорадочно перебирая варианты фраз — от вежливого «Ребята, потише, пожалуйста» до яростного «Выключите эту хуйню, блядь!» — его пальцы, жившие своей собственной нервной жизнью, нечаянно разжались. Связка ключей с сухим, звенящим стуком шлёпнулась на пол возле его ног.

— Блять, — выругался Игорь вслух, чуть отшатнувшись.

Он наклонился, чтобы поднять их, в позе — полуприсед, одна рука для равновесия упёрлась в колено. В этот самый момент, пока его пальцы наконец-то ухватили холодный металл, с характерным щелчком открылась дверь.

Игорь поднял голову.

И прямо перед своим лицом, на уровне его глаз, он увидел её. Голую, сочную киску, прикрытую аккуратной тёмной полоской волос. Плотные, чуть приоткрытые половые губы были невероятно близко.

Он медленно поднялся по стойке «смирно», как на смотре, и его взгляд пополз вверх.

На женщине была лишь мятая длинная серая майка, настолько тонкая, что через неё отчётливо проступали тёмные, крупные ареолы её груди. Соски, твёрдые от прохлады в подъезде или от возбуждения, упирались в ткань.

Ей было на вид около тридцати пяти лет. Лицо — миловидное, но обмякшее от выпивки и усталости. Растрёпанные волосы светло-русого цвета выбивались из небрежного пучка. Глаза, карего цвета, смотрели на него мутно и безразлично сквозь густые ресницы. По её щекам разливался нездоровый румянец, а на лбу блестела тонкая плёнка пота.

Игорь застыл в неловком молчании, его взгляд непроизвольно скользил с её пьяного лица вниз, к той самой тёмной, влажной щели, которая находилась в столь опасной близости от него, и снова вверх.

Он чувствовал себя неловко.

— Что надо? — грубо и с сильной хрипотцой в голосе выпалила она, перекрикивая музыку. — Соль? Сахар?

«Ага! Конечно, блядь!» — пронеслось в его голове под громкий басс, доносящийся из глубины её квартиры.