Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? 18+, страница 42 – Игорь Некрасов

Ее глаза говорили мне всё — она видела мой голод, мою животную потребность, и ей это нравилось. Нравилась эта власть, эта пытка ожиданием.

— Вчера… мне так понравилось. Неожиданно. Приятно, — она сделала паузу, давая словам просочиться в сознание. — Я всю ночь и всё утро думала об этом. О твоем языке… у меня между ног. О твоих руках. Я хочу еще. Ты не против?

Боже, она говорит это так прямо… Так развратно… У меня кружится голова…

От такой прямоты, обрушившейся на меня посреди рабочего дня, у меня перехватило дыхание. Я стоял как вкопанный и мог только кивнуть, ощущая, как кровь бьет в висках, а по телу разливается жар. Мой член, мгновенно отозвавшись на ее слова, напрягся и встал уже на максимум своего размера, и уперся в ткань брюк, пульсируя в такт бешеному ритму сердца.

Она улыбнулась шире, довольная моей немой реакцией, ее губы изогнулись в сладострастной улыбке.

— Прекрасно.

С тяжелым дыханием и гулко стучащим сердцем я подошел и опустился перед ней на колени. Ковер мягко принял мой вес. Она ловко, одним движением, снова, как и в прошлый раз, отодвинула в сторону тонкую ткань своих кружевных трусиков.

Передо мной снова открылся вид на ее ухоженную, зрелую киску. Аккуратная темная шевелюра, влажные, приоткрытые, уже набухшие губы ее вагины, казалось, дышали жаром и ожиданием. От нее исходил терпкий, животный аромат возбуждения, смешанный с легким цветочные ноктки ее духов.

Боже, — пронеслось в голове, — она действительно королева. И она снова позволяет мне, простому смертному, прикасаться к своей самой сокровенной святыне. Это невероятно возбуждает.

Я наклонился и прикоснулся губами к ее клитору. Сначала легко, почти благоговейно, просто ощущая ее тепло, влажность и тот самый пьянящий аромат. Она вздохнула — низко, глубоко, почти стонуще, — и ее бедра дрогнули, слегка подавшись навстречу моему рту, приглашая, умоляя. Ободренный, я начал ласкать ее языком — скользя, кружа, входя внутрь, находя тот чувствительный, уже набухший бугорок и посвящая ему все свое внимание. Ее вкус, солоноватый, пряный, с легкой кислинкой, однозначно женский и дико возбуждающий, сводил с ума. Ее тихие, сдавленные стоны, которые она, казалось, старалась сдержать, перерастали в прерывистое, хриплое дыхание.

— Да… вот так… — прошептала она, и ее пальцы впились в мои волосы.

Возбуждение захлестывало меня с новой, неистовой силой, волнами, от которых темнело в глазах. Кровь пульсировала в висках и в паху, где мой член, твердый как камень, отчаянно требовал внимания. Как и в прошлый раз, я не удержался и одной дрожащей, потной рукой потянулся к своей ширинке, к тому самому месту, где пульсировала и ныла моя собственная плоть, жаждущая свободы и ласки.

Но в этот раз она была начеку. Ее пальцы, до этого лежавшие в моих волосах, резко сжались, и она дернула мою голову назад, заставляя меня встретиться с ее горящим, властным, полным похоти взглядом. Ее глаза были темными безднами, полными животного желания и абсолютной власти надо мной.

— Нет, — ее голос был тихим, но стальным, не терпящим возражений, хриплым от возбуждения. — В этот раз не смей. Я хочу, чтобы ты сосредоточился только на мне. Только на моем удовольствии. — В ее глазах читался не только приказ, но и дикий азарт, сладострастное удовольствие от тотального контроля, от моей муки и моего подчинения.