Книга В одном чёрном-чёрном сборнике…, страница 79 – Влада Ольховская, Олег Моисеев, Оксана Заугольная, и др.

Поняв, что ничего от него не добьется, мама поспешила отвести его в комнату. Она включила ночник, ушла куда-то, а после вернулась с таблеткой и стаканом воды.

«Нет!»

Три лица мамы нахмурились. Кажется, он выкрикнул вслух.

— Антонио, – строго начала родительница, подходя к его кровати, – ты должен это выпить. Это поможет тебе спокойно уснуть.

«Нет-нет-нет! Я не смогу видеть сны! Я не могу это выпить! Не хочу! Темнота пугает! Не хочу!» – он отчаянно брыкался на кровати, пока его насильно не зажали и не влили таблетку с водой внутрь, заставив чисто инстинктивно сглотнуть.

— Вот видишь, ничего страшного.

Антонио не помнил, как снова погрузился в мрачный черный сон. Он помнил только нежный поцелуй в лоб и слезы, катившиеся по его щекам. Они катились все то время, пока он пребывал в темноте. И хуже всего было то, что рядом с ним не было даже монстров. Он был совершенно один.

Была суббота. Короткий день в школе. Антонио с самого утра игнорировал маму больше обычного, дуясь за то, что заставила его сидеть одного в темноте. Он бы не обижался на нее так сильно, если бы она пришла и посидела с ним. Но она не пришла. Никто не пришел. И он был рад, когда наконец-то проснулся.

В школе все было так же. Душа издала ликование и облегчение, когда возле школы не было замечено непонятных летающих голов, хихикающих из-за кустов и следящих за детьми безумными глазами. Все было прекрасно. Как оно и должно быть. Просто вчера у Антонио был «плохой день» – так говорят взрослые, когда у них что-то не задалось. Но сегодня все было прекрасно. Настроение хоть и было подпорчено, постепенно возвращалось в норму. Единственной странностью за весь день стала непривычная тишина. И Антонио не сразу понял, что это следствие того, что кого-то привычного не было рядом. Только на третьем, последнем уроке мальчик догадался, что было не так.

Радий не пришел сегодня в школу.

Поначалу это было облегчением. Никто больше не доставал его и не навязывал свое внимание. Это было сродни отдыху. Но это чувство покоя прошло, когда Радий не пришел и на следующей неделе, и через неделю. В один день учителя сказали что-то про «безопасность» и сообщили, что Радий больше никогда не придет в школу. Антонио немного ему завидовал в этом. Но вот о том, куда именно он делся, он старался не думать. Не его это дело. С Радием они даже не дружили. Он просто был рад, что никто к нему не приставал и головы-переростка поблизости не было видно. Все было хорошо.

А тревога, неприятная, росла в его животе, скручиваясь в тугой узел.

Ему казалось, что он чего-то не видит. Отголоски хихиканья слышались за спиной, когда он изредка шел до остановки пешком, потому что отец был занят сверхурочно на работе и не всегда мог забрать его из школы. Но никого никогда не было. Существа все еще бродили по улицам. Иногда он даже сидел на остановке с маленькой золотоволосой девочкой, которая не обращала на него внимания. Что ж, это было к лучшему. Дни летели вперед, словно стрелы. А Антонио все реже пребывал во снах и все чаще оставался в темноте. Неприятные таблетки.

Это случилось спустя два месяца. Была пятница. Антонио сидел напротив тетеньки в белом халате и ковырял заусенцы на пальцах. Он этого даже не замечал. Новая привычка появилась неожиданно и незаметно для него. Но заметна стала для окружающих. Однажды мама увидела его кровоточащие раны возле ногтей, и с тех пор в их с тетей разговор добавилась эта щепетильная тема.