Книга Колымага семейного счастья, страница 18 – Дарья Донцова

Мефодий снова взял телефон.

— Сейчас «Сплетник» вовсю пишет, что у нас с Лялей Одоевой полыхает костер страсти. Эту молодую актрису я пристроил на главную роль в сериале, для которого написал сценарий. Папарацци нас фотографировали в ресторанах, магазинах, на берегу моря. Ты, наверное, видела.

— Не слежу за подобными изданиями, – призналась я.

— Можешь в интернете почитать, поглазеть, а сейчас послушай. – Мужчина набрал номер и сказал мне: – Сиди тихо. Она не должна знать, что рядом кто-то есть, окей?

Я кивнула.

— Заинька, – защебетал звонкий дискант, – я прямо разнервничалась! Не звонишь, не пишешь, бросил свою заюшку!

— Ляля, отбой. Я один, – ответил писатель.

— Добрый день, Мефодий. Что-то пошло не так? Я где-то прокололась?

— Нет, в плане договора о любви все хорошо, – успокоил собеседницу Волконский. – Хочу предупредить: сегодняшний визит в театр на премьеру отменяется.

— У вас все в порядке? – слегка занервничала Одоева.

— Просто кашель начался и горло заболело, – беззастенчиво соврал литератор. – Не хочу совсем расклеиться и не желаю тебя заражать.

Ляля воспрянула духом.

— Спасибо. Вы тогда уберите из оплаты этот поход.

— Я похож на крохобора? – хмыкнул Волконский.

— Конечно, нет! – затараторила Ляля. – Вы всегда за двоих в ресторане платите и потом из месячного гонорара никогда сумму моего счета не вычитаете.

— Я пока еще способен угостить девушку, – произнес якобы любовник. – Даже если играет роль моей дамы, она все равно девушка, которая пришла в ресторан с мужчиной. Вопрос возник: ты когда в последний раз говорила с Верой?

— Она мне позвонила, сказала, что приехала в аэропорт, вылетает из Питера в Москву, – быстро сообщила лжеметресса. – Купила мне коробочку зефира из кондитерской Ману – я его обожаю. Еще попросила больше не использовать духи «Гуччи», потому что вы от них кашляете.

— Верно… Ну все, предупредил тебя. Временно вместе не выходим.

— С Верой что-то случилось? – вдруг занервничала Одоева.

— С чего ты это взяла? – вопросом на вопрос ответил писатель.

— Во время нашего разговора к Верочке кто-то подошел. Она нервно сказала: «Пару минут подождите, сейчас беседу завершу, – тогда и обсудим».

— О чем и с кем она собралась дискутировать? – встрепенулся Волконский.

— Не знаю, не услышала, она отсоединилась… Я все поняла. Сижу дома. И спасибо.

— За что? – удивился «любовник».

— Благодаря тому, что сам литератор Волконский предложил мне изображать свою любовницу, я вчера стала ведущей новой ТВ-программы, – похвасталась Одоева. – Съемки через неделю начинаются. Они поверили, что мы вместе живем.

— Ну это ты сама молодец, – похвалил актрису Мефодий. – Мы с тобой уже одиннадцать месяцев прессу и народ дурим. Будешь контракт на следующий год продлевать?

— Да, да, да! – закричала Ляля. – Спасибо!

— Я тоже тобой доволен, – отметил автор издательства «Элефант». – Ну, пошел я болеть со вкусом.

Он положил трубку на стол.

— Ну и ну, – только и сумела сказать я. – Не боишься, что правда наружу вынырнет? Тебя тогда журналюги в клочья порвут.

— В договоре с Лялей прописан пункт о неразглашении, за его нарушение – нехилый такой штраф. Да, общественное мнение порицает мужика-гуляку, но во всех этих выпадах сквозит восхищение: «Ай да парень, везде успел!» Праведный гнев выльется на актрисульку, которая развеяла миф о верном муже. Вот бабе по полной достанется и от дяденек, и от тетенек. Последние из зависти блондинке такого нажелают! Карьера в кино и театре у девочки временно притормозит. У лицедеев даже короткий простой – считай, смерть. Забудут тебя сразу помрежи по подбору актеров на роли. Ляля совсем неглупа, она молчать станет. Я тоже не из дураков.