Книга Колымага семейного счастья, страница 29 – Дарья Донцова

— Нет! – топнула ногой женщина. – Отстань!

Незваный гость схватил женщину за руку и потащил к двери. Но я успела ухватить Сонечку за талию и с трудом, но удержала ее на месте.

— Слышь, ты! – крикнул Тарасик. – Сейчас мало не покажется! – Сосед достал из кармана пистолет, нацелил его на хама и со злостью произнес: – Считаю до пяти! Раз! Если думаешь, что я шучу, то нет. Два! Позову своих, твой труп увезут туда, где никто не ходит. Три!..

Мужик выругался, отпустил женщину и резво удрал. На короткое время в прихожей стало тихо, потом я осведомилась:

— Тарасик, откуда у тебя ТТ?

Сосед сунул оружие в карман.

— Да Ленка моя всегда обижается, когда я свой накопительный стресс скидываю. Надо ей подарочек сунуть. А у меня приятель зажигалки мастерит всякие. Купил у него эту штуку, домой нес, но не успел бабе своей отдать. Зато хамло напугал. Не дергайся, оно не стреляет, им плиту газовую зажигают.

Я повернулась к Сонечке.

— Поехали к нам домой. Вам пока не следует тут одной оставаться. Что за негодяй на вас напал?

— Это вроде как мой сын, – тихо ответила Софья. – Простите за спектакль. И значение слова «имитация» мне известно. Я просто прикидываюсь дурочкой.

— Меня зовут Константин Муркин, – сквозь зубы произнес молодой человек, войдя в кабинет. – Господин Дмитриев велел помогать вам, Виола Ленинидовна. Жду ваших указаний. Велено было прийти утром, но вас не оказалось на месте.

Я попыталась установить хорошие отношения.

— Рада знакомству. В первой половине дня я была занята.

— Угу, – пробурчал компьютерщик. – Как работаем?

— Радостно.

— Угу. Задание дайте, в курс дела введите.

Я рассказала о том, как летела домой в самолете, об исчезновении Веры и о встрече с Алисой.

— Понял, – пробормотал парень. – Вообще-то, Степан Валерьевич все это уже рассказал.

— Зачем вы тогда меня спросили? – удивилась я.

— Люди, когда пересказывают события, упускают детали, – объяснил Муркин, – поэтому лучше выслушать всех, кто знает о произошедшем. Дмитриев предупредил, что с вами в одной упряжке писатель Волконский. Он хочет участвовать в расследовании, потому что пропавшая Вера Гришина – его родная жена.

Родная жена! Вообще-то, супруги – не родственники. Общей крови у них нет.

— Мне докладывать Волконскому о результатах своей работы? – продолжал Константин.

— Нет! Ни в коем случае! Никогда! – испугалась я, потом поняла, что не следовало так отвечать, и попыталась исправить ситуацию. – Мефодий заболел, грипп у него. Мужчина очень плохо себя чувствует, следует беречь его нервную систему.

— Принято, – кивнул Константин.

Принято? Если скажешь, например, Тарасу «надо сходить в магазин за хлебом», он кивнет: «Хорошо». А вот если адресовать эту же фразу заведующему отделом кадров издательства «Элефант», то Валера ответит: «Принято». Большинство людей часто поступают, как Тарас. Почему Константин ведет себя, как Валера? Может, он служил в какой-то организации, то ли в Следственном комитете, то ли в Федеральной службе исполнения наказаний, то ли в полиции? Там сотрудники говорят «принято».

— У вас какое образование? – поинтересовалась я у своего помощника.

— Высшее, – ответил тот. – Бауманка. Я кандидат физико-математических наук, родился, учился и всегда жил в Москве. Работал в детективном агентстве «Колос», потом перешел к Дмитриеву. Причина перехода – зарплата выше. Отец – доктор медицинских наук, хирург, академик. У матери такое же научное звание, она профессор, акушер-гинеколог. Владею свободно английским и французским, немецким – на уровне «со словарем». Не женат, детей нет. Что-нибудь еще хотите узнать, чтобы наша работа стала плодотворнее?