Книга Башня Авалона, страница 12 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Сосредотачиваюсь на том, чтобы почувствовать землю под ногами, успокоиться и не обращать внимания на доносящийся с моря запах тления. Я чувствую тимьян и соленую воду, слабый аромат лаванды. Прикосновение легкого ветерка к коже.

Грудь сжимается. Достаю из сумочки ингалятор и делаю пару пшиков. Через несколько секунд дыхательные пути начинают раскрываться.

Прячу ингалятор в сумку и спешу обратно через кусты по песку. Прикрываю глаза рукой и вижу свою группу.

— Где Вена? – спрашивает Алеина.

Мое сердце сжимается. Я не могу врать.

— Мертва. – Нельзя позволить им ждать того, кто уже никогда не вернется. Иначе они тоже истекут кровью. – Нам пора. – Повысив голос, я кричу по-французски: – Итак, друзья, давайте продолжим экскурсию! – Бодрая интонация в моем голосе на грани истерики. – Нам нужно добраться до причалов, где французский флот сражался с большим морским змеем.

Я иду вперед, затем оглядываюсь через плечо и жестом приглашаю группу за собой. Глаза Алеины блестят, она решительно шагает следом, остальные за ней.

Я веду их по берегу, солнце опускается все ниже. Сумерки окрашивают облака в красный цвет. По дороге я пытаюсь сохранить на лице улыбку, хотя тело мое дрожит как лист на ветру. Я веду мрачную процессию по сети переулков, паутине мощеных улиц, раскинувшихся по приморскому городу. Пока я перечисляю случайные исторические факты, мои мысли по-прежнему заняты Веной. Воин-фейри взмахнул мечом с такой легкостью, словно подросток, которому надоело играть в бейсбол. Я и раньше видела мертвых, но только на похоронах, аккуратно лежащих в гробах. И никогда не была свидетелем убийства. Никогда не видела такой обыденной жестокости.

Вдоль дороги – заборы из кованого железа и кирпичные здания. Сумерки заволакивают небо над нами. Я веду полуфейри вверх на холм.

— Как вы можете видеть, посередине дороги проходит канава, наследие средневековой эпохи…

Знаю, что меня не слушают, но это неважно. Я продолжаю идти, стараясь выглядеть непринужденно.

Между зданиями видны море и завитки тумана, поднимающиеся из-за Завесы. Когда я только приехала, туман казался захватывающим зрелищем. Теперь он ужасает. Все вокруг ужасает.

По вискам стекают струйки пота. Вокруг никого, поэтому я перестаю изображать гида – до тех пор, пока не замечаю у подножия холма воинов-фейри. Мы уже близко к Завесе, ее гул звучит в ушах.

Моя группа до сих пор выглядит напуганной, а мне хотелось бы, чтобы полуфейри перестали цепляться друг за друга.

— Здесь мы повернем направо! – кричу я и собираюсь повернуть обратно вниз по улице, но тут замечаю пару патрульных фейри. Они тоже идут этой дорогой. – То есть, разумеется, я имела в виду налево.

Теперь воины-фейри окружают нас. Я сжимаю челюсти, мысли путаются.

Я поворачиваюсь лицом к группе и пячусь задом наперед, жестом приглашая следовать за собой.

— Наша экскурсия продолжится на берегу!

Делаю еще шаг назад. Алеина в панике выкрикивает мое имя.

Вокруг переливается фиолетовый туман, мои внутренности сжимаются. Туманная Завеса сгущается и затягивает меня.

Магия струится по коже, заставляя стучать зубы.

Мысли путаются, тело холодеет. Я внутри Завесы. Значит, сейчас я умру…

Подобно цветку паслена, красота Завесы скрывает ее смертоносную природу. Магия фейри не слишком устойчива, и последствия прикосновения к ней различны. Некоторые люди умирают от сердечного приступа. Другие кричат в агонии, пока их внутренности плавятся. Кто-то превращается в пыль или замерзает. Но конец один. Завеса голодна, и она питается смертью.