Книга Последний якудза. Закулисье японской мафии, страница 37 – Джейк Адельштейн

Сайго решил, что они преувеличивают. Все это выглядело, как полное безумие, но оказалось правдой. И единственная причина, по которой они не убили Ханзаву, заключалась в том, что у него был заряженный пистолет, что было еще более безумно, потому что огнестрельное оружие было практически дикостью в Японии, даже для гангстеров.

Они хотели, чтобы Сайго забрал его, пообещав, что отпустят обоих, не причинив им вреда. Сайго отправился в их офис, обнаружив грузовик припаркованным перед зданием. Он открыл дверь. Ханзава сидел на столе Кинбары и поигрывал пистолетом. Он водил им по комнате, щелкая предохранителем. Пистолет был наполовину взведен. Половина парней в комнате выглядела так, будто их вот-вот стошнит.

Увидев Сайго, Ханзава опустил пистолет, но продолжал держать его в руке. Он улыбался. Отморозки Кинбары были очень смущены и немного раздражены, но выказывали видимые признаки облегчения из-за присутствия Сайго. Он все еще пытался сообразить, что делать, когда вошел сам Кинбара. Он оглядел комнату. Он посмотрел на Ханзаву, который явно находился на метамфетамине. На этот раз Кинбара отпустил его. Сайго не знал, что сказать. Он прочистил горло. Сайго ужасно сожалел о сложившейся ситуации. Он решил отвезти Ханзаву домой и заверил Кинбару, что вернется позже, чтобы как следует извиниться. В Японии даже гангстерам иногда приходится быть вежливыми.

Даже когда Сайго вытаскивал Хинзаву из офиса, он не заставил его убрать пистолет. Потому что ни в чем нельзя быть уверенным. Когда они сели в грузовик и отъехали на несколько кварталов, Сайго отобрал пистолет и влепил парню пощечину. Ханзава только рассмеялся. На следующий день Сайго вернулся и извинился перед Кинбарой.

У поступка Ханзавы были последствия, но никто не пытался им мстить. В те дни у наркоманов было право на одну ошибку. Сайго дал ему выходной. Ханзава едва не развязал бандитскую войну, но он также напугал Кинбара-гуми до смерти, и, честно говоря, это было не так уж плохо. Кроме того, у Сайго были и другие заботы, например, уплата взносов.

Синоги – это альфа и омега жизни якудза. Как и у многих слов в мире якудза, у него есть несколько значений, которые зависят от ситуации и контекста. Иногда синоги относится к доходу, который якудза получает от своих различных прибыльных предприятий. Исторически оно относилось к острию клинка. За пределами якудза оно означает средства и методы преодоления проблемы. Иногда это слово ставится после другого, чтобы обозначить, что сказанное – временная мера для решения проблемы или средство убить время. По иронии судьбы, это также может означать еду, подаваемую присутствующим на похоронах.

Определение, которое дало национальное полицейское управление, описывает это слово лучше всего: «синоги – это мероприятие по сбору средств среди якудза».

Якудза, переживающий трудные времена, не жалуется на свой бизнес. Он жалуется на свой синоги. Если синоги не слишком хорош, якудза не может платить свой дзюноукин (членские взносы ассоциации). Если он не может заплатить взносы, это конец его карьере якудза. Если разобрать это слово по частям, джуноукин можно перевести как «деньги, которые вы кладете сверху». Все, кроме человека на самом верху, должны платить.

Синоги Сайго был надежным. У него было около пятидесяти постоянных членов, работающих на него, и пятьдесят партнеров, работающих неполный рабочий день. Деньги поступали через множество источников дохода, таких как принуждение корпораций покупать или продавать акции, взыскание долгов и предоставление высокодоходных кредитов. У «Убежища» были денби, канпа и напечатанные информационные бюллетени, но они всегда изучали и другие виды синоги: начиная от субподряда на строительные работы и заканчивая принуждением людей освобождать помещения или собственность. Подобные действия назывались цзяге, или «выманивание хитростью».