Книга Последний якудза. Закулисье японской мафии, страница 8 – Джейк Адельштейн

Змея знает змеиный путь. «Джа но мичи ва хеби».

Это одна из моих любимых японских пословиц. У нее есть аналог: лечи яд ядом. Я решил, что лучший способ справиться с проблемой, которую представляли Гото-гуми – нанять другого якудза, пусть даже бывшего, но из противоборствующей группировки. Это не могло ухудшить ситуацию.

Главный вопрос был в том, согласится ли Сайго на эту работу. Он отложил текст и посмотрел мне в глаза.

— Я думаю, у тебя серьезные проблемы. Надеюсь, ты и сам это понял. Ты разозлил Гото Тадамасу. Позволь мне сказать тебе кое-что: я знаю Гото. Он не такой, как другие якудза.

— Чем он отличается? – спросил я.

— Он мудак. Высокомерный двуличный мудак. Раньше он был одним из наших, членом Инагава-кай, но перешел в Ямагути-гуми. Я его знаю, – Сайго достал свой телефон, открыл крышку и пролистал справочник. Вот оно: Гото Тадамаса и его номер.

Гото убивал людей или приказывал их убивать. Обычных людей, гражданских лиц, и ему было абсолютно все равно.

— Якудза работают не так, – сказал Сайго – катаги ни мейваку о какенай, не причиняй неприятностей обычным людям. Это было нашим правилом.

Гото оказался там, где он есть, и разбогател только из-за того, что никогда не обращал внимания на это правило. Возможно, он определил будущее якудза. В наши дни все, казалось, сводилось к деньгам.

— Джейк-сан, насколько важна эта история? Есть большая вероятность, что до того, как вы ее опубликуете, или даже после, меня убьют, и тогда Гото доберется и до вас.

Я думал о том, чтобы просто убраться к чертовой матери из Японии, но всегда оглядывался назад. За этим стояло нечто большее. Все это уже не было просто историей, а стало личным делом. Возможно, это была вендетта. Я колебался, стоит ли говорить такую мелодраматическую хрень, но не смог подобрать слов получше.

— Это стоит всей моей жизни.

— Что ж, – сказал Сайго, растягивая слова, – тогда, я думаю, это стоит и моей жизни.

С этими словами он согласился быть моим телохранителем. Он был готов рискнуть жизнью ради меня, но он хотел знать, что я готов сделать для него взамен. Не имело значения, что я мог ему предложить. Он уже принял решение. Его вопрос был по большей части формальностью.

— Чего бы вы хотели? – спросил я.

— Дай мне секунду подумать об этом, – сказал он почти шепотом. Он зажег короткие сигареты бренда «Hope», затянулся и закрыл глаза, глубоко задумавшись. В его огромных ладонях сигарета выглядела спичкой. Он держал ее так, что было трудно заметить, что ему не хватало первых двух фаланг мизинца.

На самом деле, «не хватало» было бы неправильным словом. Как я узнал позже, он ампутировал их сам в качестве покаяния, в соответствии с традициями якудза. Я не знал, зачем он это сделал, и, конечно, не собирался спрашивать. Не сегодня.

Он откинулся на спинку дивана, и я смог получше рассмотреть его лицо. У него была короткая стрижка и борода с проседью. Ввалились не только его глазницы, но и щеки, а у кожи был нездоровый серый оттенок. Сайго был похож на живого мертвеца. Я решил, что это неплохо. Зомби нельзя убить, они продолжают наступать. Он стал бы идеальным телохранителем.

— Когда все будет готово, ты напишешь мою биографию. Я горжусь тем, что был якудза, и хочу, чтобы мой сын знал, кем я был и что я делал. Не думаю, что проживу достаточно долго, чтобы увидеть, как он вырастет.