Книга Якудза: преступный мир Японии, страница 125 – Джейк Адельштейн

— Я и сам люблю листать их без спешки, так что мой книжный магазин придерживается той же политики. В общем-то он даже приносит мне доход, хотя это и не входило в мои планы.

Да, я правильно угадал: магазин был придуман как убежище от уплаты налогов. Я хотел сразу перейти к делу, но он был настроен на светскую беседу, так что мне осталось лишь подчиниться.

— Удивительно, что ты мне рад, с учетом того, что произошло.

— Ты отвесил мне тот пинок под зад, который был мне необходим. Лежа в больнице, я смог взять себя в руки. Я был просто психом ненормальным. Так что я должен тебя поблагодарить.

— Всегда пожалуйста. Слышал, ты начал новый бизнес. Я знаю, что много репортеров каждый день читают твой сайт.

— Я так понимаю, ты один из них. – Он слегка улыбнулся. – А я слышал, ты на время ушел из журналистики, но потом решил вернуться.

— Несколько лет я был своего рода частным детективом, занимался комплексной проверкой и другими расследованиями. Но журналистика – мое призвание.

— Замечательно заниматься любимым делом. Но кто бы мог подумать, что когда-то для нас с тобой оно станет одним и тем же?

Я знал, что, наверное, не стоит ему перечить, но ничего не мог с собой поделать.

— Оно не совсем одно и то же. Я зарабатываю на жизнь тем, что пишу статьи, которые кому-то очень не нравятся, а ты – тем, что не пишешь статьи, которые кому-то очень не нравятся, если этот кто-то хорошо тебе платит. А если плохо, тут-то ты и публикуешь статью.

И тут, к моему удивлению, Акияма запел. Пел он очень неплохо, указывая на меня пальцем и приподнимая брови:

— Те же яйца, только сбоку, те же яйца, только в профиль.

— Давай все это прекратим, – перебил я, и в ответ он хрипло закудахтал, а потом заговорил:

— Знаешь, я часто публикую информацию, не приносящую мне никаких денег, потому что считаю, что люди имеют право ее знать и потому что терпеть не могу, когда отбросам этого мира сходит с рук все, что они творят. Конечно, иногда мне платят за то, что я прекращаю заниматься журналистскими расследованиями, но нужно зарабатывать на жизнь, чтобы поддерживать свою привычку к журналистским расследованиям.

Вот черт! Возможно, мы и впрямь были ближе по духу, чем мне сперва показалось. В общем, я решил, что пора переходить к делу.

— Есть фотографии, на которых вице-председатель Олимпийского комитета сидит рядом с главой «Ямагути-гуми». Кто-то разослал эти фотографии во все скандальные еженедельники и, возможно, крупные газеты. Я хотел бы тоже получить эти фотографии, если они у тебя есть. Я пишу об этом статью.

Он кивнул и провел пальцем по носу – жест человека, который долгое время носил очки и пока не привык, что теперь их не носит.

— Джейк-сан, ты знаешь, что случилось с последним репортером, который пытался опубликовать эти фотографии?

— Да, я в курсе того, что произошло. Но если эти фотографии есть у всех, кто-то их да опубликует, так почему бы это не сделать мне? Удивляюсь, что ты сам их не опубликовал.

— Джейк-сан, – произнес он очень медленно и очень отчетливо, – у меня осталось только одно здоровое колено. Так что я решил обойтись без этой истории.

Ой. Это прозвучало внезапно, и я не знал что сказать. Извиниться? Я так и не решил, стоит ли это делать, поэтому просто кивнул головой.