Книга Жар-птица, страница 104 – Арина Теплова

— Потому приходит в твою спальню по ночам!

— Не твоего ума дело! — вспылил он, хладнокровие молодого человека исчезло в момент. Он понимал, что надо немедленно заглушить попытки сестры распускать сплетни. — И настоятельно советую тебе, Елизавета, держать язык за зубами.

— Я должна молчать? Это просто возмутительно!

— Скоро мы с Ольгой Николаевной поженимся, и все устроится, не переживай.

— Когда же? Ты думаешь, я не понимаю, чем вы занимаетесь в спальне⁈ Блудом!

— Лиза! Ты еще многого не понимаешь, — начал увещевательно Кирилл, опуская взор, чтобы сестра не заметила огня, который разгорелся в его глазах при одном упоминании имени Оленьки. — Ты должна успокоиться. И вообще, не вмешивайся в мои дела.

— Ты блудишь с этой высокомерной Трубецкой прямо в доме дяди и еще просишь, чтобы я молчала? — выпалила девушка и вскочила на ноги.

— Не прошу, Елизавета, а требую, — сказал он властно.

— Я не буду молчать, я расскажу все дяде!

— Довольно криков. Дядя болен, и ты не сделаешь этого, ты ведь не хочешь, чтобы ему стало хуже? — заявил он и с угрозой добавил: — Ольга Николаевна будет приезжать ко мне, а ты будешь молчать. Иначе можешь более не рассчитывать на мое покровительство.

Девушка долго непокорно смотрела на Кирилла, а в ее голове кружили лихорадочные мысли. Эта Ольга Трубецкая была такая гадкая, надменная. Она постоянно завлекала на балах всех Лизиных кавалеров. Конечно, мужчины западали на прелести Ольги, всякие там чарующие серые глаза, низковатый голос, на грациозную фигуру. Лиза помнила, что Андрей Загорский тоже вздыхал по этой Трубецкой. А ротмистр Лизе очень и очень нравился, но пока перед его носом маячила эта первая красавица-разлучница Петербурга, ей можно было позабыть об Андрее. Потому Лиза ненавидела Ольгу и не переносила ее на дух. Теперь же она еще узнала, что ее брат также не равнодушен к этой вертихвостке. Этого Лиза не могла перенести спокойно.

— Ты что, любишь в эту мерзкую девицу? — вдруг сделала вывод девушка.

— Это не так, — после продолжительной паузы ответил Кирилл и устремил на сестру недовольный взор. — Ольга Николаевна только моя любовница, не более того.

— Ты лжешь! — воскликнула в запале Лиза. — Я прекрасно чувствую это! Даже сейчас ты говоришь о ней с придыханием, а твои глаза горят! Все ясно как Божий день. Я все знаю о вас. Александр мне все рассказал, как ты увивался за ней летом на водах, а она вытирала о тебя ноги!

— Лиза! — уже вспылил Кирилл и грохнул кулаком о стол. Он не хотел, чтобы кто-то догадывался или знал о его истинных чувствах к Оленьке. — Ты забываешься!

— Ты до сих пор лелеешь мысль, что она наконец полюбит тебя? Но это глупо, братец!

— Ты не имеешь права указывать мне, что делать, а уж тем более лезть в темы, которые тебя совершенно не касаются! — взорвался он.

— Вот и подтверждение. Ты разгневался! И все оттого, что любишь эту гадкую распутную девицу! Признайся уже!

— Что это еще за слова, Лизавета? Откуда ты набралась только подобных слов?

— Зато они хорошо описывают реальную картину. Пойми, Кирюша! Трубецкая никогда не полюбит тебя, она слишком ветрена и надменна. Она любит только себя. Она только посмеется над тобой и выплюнет как ненужный хлам!

Слова сестры резанули Кирилла по живому. Именно этого он и боялся более всего, что Оленька не сможет никогда полюбить его, даже несмотря на все его ухищрения по ее завоеванию.