Книга Позднорожденные. Том 4, страница 143 – Екатерина Шельм

— Ты устал. Ложись скорей.

— И ты ложись.

— Угу.

Они разделись, Софи натянула сорочку и юркнула под одеяло. Прижалась к нему свернулась комочком и заплакала. Тихо, обреченно и очень горько. У Линара сердце разрывалось от невозможности помочь ей пережить эту боль.

— Прости меня. Пожалуйста, прости, - зашептал он ей в волосы, крепко обнимая и прижимая к себе.

— Ты не виноват.

— Виноват.

— Ты его убил?

— Конечно, нет. Не я.

— Тогда почему ты виноват? Ты в-вечно во всем виноват - и она продолжала плакать и плакать, никак, казалось, не унять эту горечь.

— Софи, прошу тебя, не плачь.

Но она плакала. Долго. Линару казалось часы. В какой-то момент он просто заснул, а проснувшись увидел, что Софи тоже задремала, устав и вымотавшись от собственного горя.

Он не стал будить ее. За окном светлело небо. Он был дома. Брат был с ним. И снова ему было неспокойно.

* * *

Софи проснулась утром первой. Джон вымотавшийся и уставший сопел рядом. Она мягко высвободилась из его объятий и оделась, стараясь не шуметь. Он выглядел очень уставшим и выспаться явно было ему нелишним.

Она спустилась, стала готовить завтрак.

Ночью слезам казалось не было конца, и сейчас Софи ощущала себя опустошенной, выжатой досуха как губка. Плакать уже не хотелось. Мысль, что она никогда не увидит больше Нилана, была еще такой новой, что не верилось. Хотелось представить, что он просто где-то там, в Кайрине, что снова занят каким-то важными эльфийскими делами. Что однажды он приедет на раздолбанном седане и снова скажет ей «Ты что не обнимешь меня?»

Но Джон сказал, что этого больше не будет. Никогда. Софи понимала, что это правда. Умом понимала, а сердцем еще нет.

Она выглядела скверно. Ночная истерика не прошла даром. Веки опухли, лицо осунулось. Ей собственно было плевать. Она знала, что реветь будет еще не раз и не два, пока осознание потери не укоренится в ней, не прорастет, пока ее сердце не смирится и не примет все как есть.

Пока она делала тосты, на кухню спустился Эльтан. Он был во вчерашней одежде, осунувшийся и похудевший. Голый череп чуть свет не отражал, и София смотрела не него с каким-то благоговением. Просто не могла в это поверить, что у Эльтана вдруг нет его роскошной шевелюры.

София молча стала сервировать стол. Она просто сварила яйца да подрумянила в тостере хлеб. Достала масло и джем.

— Будете завтракать, Кайране?

Он смерил ее недовольным взглядом.

— Я не хочу есть.

— Ну а я поем, если вы не против, - Софи налила себе кофе, села и стала есть. Вкуса она не чувствовала, да и голода особо тоже. Но поесть нужно было. В одиннадцать ее ждали в школе, надо было приходить в себя.

— Я слышал, как ты плакала ночью, - сказал Эльтан. Софи удивленно подняла на него глаза. Эти слова показались ей очень нехарактерным для него. Отчего-то она знала, что Эльтан бы не стал с ней такое обсуждать. С чего это он? Что там Джон вчера говорил? Она не помнила. Новость о Нилане затмила все.

— Конечно, плакала. Нилан погиб. Я очень любила его.

Эльтан вытаращился на нее как на сумасшедшую.

— Ты... что?! Ты же... с Линаром! - возмутился Эльтан.

Софи с такой силой ударила по столу, что подпрыгнули все тарелки.

— Да плевать мне, что вы вкладываете это слово! Нет, я не спала с ним! Не кончала с ним! Никогда ничего между нами не было! Я любила его как друга! Да любила! Любила! Любила!