Книга Все чудовища Севера, страница 124 – Ана Тхия

— Надо быть готовыми к мести волков…

— А мы не можем… – Ракель подняла глаза на Уллу. – Мы не можем обратиться за помощью к кому-то, кроме чудовищ? Если уж Фенрир с сыновьями тут, то разве не могут и боги встать за нас?

Руки Уллы, теребившие подол, замерли.

— Но ты ведь говорила и с Торгни, и с норнами.

— Говорила, да… Но призвать богов сражаться за нас?

— Сама же сказала, что миры рушатся, собираясь в Мидгарде. А битва Одина с великанами уже началась. Так когда же и они окажутся на нашей земле? – воодушевлённо спросил Бьёрн.

Закусив губу, Улла погрузилась в свои мысли.

— Ты можешь снова с ним поговорить? – Ракель смотрела уже без злобы. – Наверняка у Торгни есть ответы на наши вопросы.

— Хорошо, – вздохнула Улла, впиваясь пальцами в браслет на своей руке. – Хальвдан, ты готов? Нужно поговорить со Скаллем. Бьёрн, а ты поговори с Веульвом.

— Он же твой отец…

— Отец? – воскликнула Ракель.

— А ты думала, меня породила мрачная бездна? – скривилась Улла. – Да, Веульв ещё в моём детстве стал берсерком и покинул нас с матерью. А теперь вот… Большой вождь. Но лучше поговори ты, Бьёрн. И с Хельгой, к ней прислушиваются.

— А мерзкая ведьма? – скривился берсерк. – Ты уверена, что Хейд не задумывает помешать нам?

— А кто она? – нахмурился Хальвдан.

— О, ведьма пострашнее, чем та, какой меня считает Ракель. Будь уверена, воительница, уж она жаждет войны как никто другой. Имя ей Гулльвейг. И она та, что породила первую войну между ванами и асами.

— Немало же тёмных тварей собралось в Мидгарде… – пробубнил Хальвдан.

— Так давайте соберём светлых, – улыбнулся Бьёрн, как и прежде сохраняя добродушный настрой. – Да перепишем историю Рагнарёка, коли теперь всё в наших руках.

— Ведьма не может говорить с Фенриром, но опасаться её стоит, – вздохнула Улла, поднимаясь на ноги. – А если верить истории, то изничтожить её не смог даже Один. Будем действовать осторожно, тайно. Пока не поймём, что боги на нашей стороне.

Все согласно кивнули. Хальвдан выглядел мрачнее тучи, он взвешивал в руках свой молот, но мыслями был весьма далеко. Улла с Бьёрном выскочили из комнаты и незамеченными покинули Дом, а ярл и Ракель ещё долго сидели на полу в комнате и молчали.

— Знаешь, больше власти и мира я желал, чтобы мой брат вернулся ко мне… – вздохнул он, стирая с лица налипшую усталость. – Я с ним сражался, запирал его, пытался доверять ему, и мне казалось, что видел в его глазах то, ради чего… – Хальвдан вздохнул, не договорив. – Но в конечном итоге он победил. И, кто знает… отдай я ему Борре сразу, может, удалось бы сохранить сотни жизней?

Ракель поднялась на ноги и смахнула с подола пыль. Она протянула ярлу руку.

— А теперь нам предстоит узнать, каков Скалль, когда получает желаемое. И я молюсь богам, чтобы мы все были удивлены.

Хальвдан принял её руку и поднялся. Их пальцы задержались, а лица оказались очень близко.

— Я видел, как мой брат смотрел. И готов поклясться, что он нуждается в тебе.

— Нуждается? – усмехнулась Ракель. – Во мне ли, в таинственной божественной ворожбе Уллы с её сладкими речами или в абсолютной власти? Кто знает, в чём нуждается Скалль. Его желания разрозненные и ускользающие от нашего понимания, будто разбегающиеся по двору куры, которых невозможно поймать.