Книга Все чудовища Севера, страница 13 – Ана Тхия

Фенрир хотел не только использовать её, чтобы обратиться к людям, но и видеть в ней более сильную провидицу, чем она являлась сейчас. Быть может, подумала Улла, боги и чудовища уготовили ей куда более важную роль в будущем, когда мир изменится, чтобы она могла править людьми и помочь им возродиться. Тогда ей стоит слушать больше, чтобы знать, как и её великая прородительница, что было до сотворения миров и что будет после их крушения.

Пусть голос Фенрира и звучал обвинительно резко, а Улле было куда спокойнее, когда волк молчал с ней, но всё-таки она знала, что он прав. Она слишком долго избегала своего предназначения, но теперь оказалась одна среди великих чудовищ, лицом к лицу с наступившим Рагнарёком, а рядом нет бессмертного Скалля, который сможет защитить её. Ей следует много слушать и внимать, чтобы больше не допустить ошибок, из-за которых конунг не принял её слова всерьёз. И когда она встретит Скалля вновь, то будет знать, что ему сказать.

— Ты встретишь его не скоро, – голос Фенрира разрезал тишину.

Улла вздрогнула, её руки разъехались на льду. Волк подкрался сзади, что при его размерах казалось попросту невозможным.

— И вновь ты знаешь о будущем куда больше меня, – раздражённо фыркнула Улла и откатилась подальше от края, оттолкнувшись от камней и зацепившись за безжизненные прутья, торчащие из расселины. – Как знаешь и о тех других людях, которых хочешь обратить в свою веру. Но разве тебе не нужен был бессмертный конунг, чья власть над умами людей ничем не уступает моей?

— Его власть гораздо сильнее твоей, – Фенрир свысока смотрел на маленькую вёльву. – Однако время, когда мы снова встретимся с ним, ещё не пришло.

Улла встала на ноги и отряхнула платье и накидку от снега. Ей предстояло научиться самому сложному – терпению. И ещё более худшему – держать язык за зубами.

Волки вызывали в ней страх, хоть поначалу казалось, что их внимание к её особе вызвано уважением. Но на деле – а Улла уже ощущала это – волки искали её, чтобы она служила им. Так один из волков и говорил в её снах, и если бы Улла действительно умела отделять важное от очевидного в своих видениях, то отнеслась бы к пророчеству от волков с большей осторожностью.

— Почему мы не можем отправиться в Борре к людям? – настаивала вёльва. – Там тысячи людей, которые, увидев ваши благие намерения и услышав то, что ты говорил мне, с лёгкостью припадут на колени перед могуществом волков. К тому же в вашей власти освещать Мидгард днём и ночью по своему желанию.

— Разве солнце не в одной твоей руке, а в другой – луна? – усмехнулся Фенрир, сощурив свои пронзительные жёлтые глаза.

От этого взгляда Улла сжалась.

— Я говорила так, – смело ответила она. – И разве это было ложью? Я здесь. А солнце и луна рядом со мной, – она обернулась к морю и указала рукой на Хати и Сколля. – И те, кто, как и я, согласятся принять покровительство волков в тёмные времена, когда боги покидают людей, обретут солнечный и лунный свет.

Фенрир довольно склонил голову, будто принимая ответ вёльвы и соглашаясь с ней.

— Так почему же мы не пойдём за Скаллем туда, где собрались народы? – недоумевала Улла.

— Всему своё время. Придя туда сейчас, мы не найдём то, что ищем.

— Быть может, время для вас течёт иначе, но у людей его осталось совсем немного.