Книга Ночь девы, страница 121 – Юлия Бабчинская

И мне становится так нестерпимо больно. Я знаю ее. Как и знаю, что ее больше нет. Передо мной призрак, не более. Призрак, которого не обнять и не поцеловать, не прижаться к теплой груди. Моей матери.

Из лесного сумрака ко мне выходит Сирин. Моя мама.

— Ирис… – Ее голос звучит издалека. Она не здесь, уже не здесь. Словно пролетала над лесом и вдруг увидела меня. Но как она связана с этим местом? Почему не может улететь?

— Мама?

— Ирис! Ты нашла меня!

— Мама, но где ты… как? – У меня перехватывает дыхание. Горло стискивает спазм. Я ничего не могу с собой поделать. Рыдаю без остановки.

— Не плачь, дорогая, не надо.

— Мама, милая мамочка, – вырываются из груди слова, которые мое сознание слишком долго сдерживало.

— Ирис, звезды приходят в движение. Мир меняется. Наступает новая эра – Эра Девы. Придется измениться и тебе.

— О чем ты говоришь?

— Раз ты нашла меня, нашла это место, значит, ты в большой беде. И весь мир тоже. Мы с твоим отцом нарушили все законы. Я забрала у силомантов то, что не следовало. Но только так мы смогли бы быть вместе. Все это ради огромной любви. Из нее появилась и ты. Невозможное дитя, чудо природы. Им нужен Символ Творения. И ты, Ирис. Запомни, никому не отдавай Символ. В этом спасение.

Я хочу еще что-то расспросить, но мама строго взмахивает рукой, и перед глазами темнеет. А в следующую секунду я вижу перед собой взволнованное лицо Призрака.

У меня совсем нет сил, чтобы рассказать ему о встрече. Позволяю перенести меня из заколдованного круга в дом. Он укладывает меня на кровать осторожно, словно драгоценность. И мне хочется быть такой для него.

Призрак возится у очага, воздух наполняется сладковато-терпким ароматом трав. Он стянул перчатки, так быстро орудуя своими ранеными руками. А может, это я такая медлительная. Мне даже сложно лишний раз моргнуть.

— Сегодня никаких тренировок, – строго говорит Призрак, приподнимая мою голову и заливая в рот пряный напиток. – Отдыхай.

Воспоминания начинают понемногу рассеиваться. Они ускользают, как расползающиеся по сторонам змеи.

В один из бесконечных дней пропадает девочка с медными волосами. Остальные жители Илистых Заводей выглядят взволнованными, но в то же время не поддаются панике. Будто такое уже случалось.

И я решаюсь расспросить Ларго. Он улыбается мне, но за этой улыбкой я вижу скрытую тревогу. Или угрозу. К нему подходит вожак и легонько толкает в плечо.

— Пора.

Пора что?

Ларго в нерешительности смотрит на меня. Двое юношей подходят со спины и кладут руки мне на плечи.

— Идем, Ири.

— Куда? Что происходит?

Моментально мне становится тревожно. Все будто не говорят мне чего-то важного. Где Призрак? Я не вижу его. Вокруг меня все больше людей. Собрались все жители деревни. Но я не вижу…

Ларго грубо хватает меня за руку и тянет вперед.

— Ты исправишь то, что сделала с нами она. Уничтожь Морхара.

Я не знаю, кто это или что, но от сочетания звуков меня колотит дрожь. Встаю на тропу, которую нашла чуть ранее. Воздух неподвижен, как и все жители деревни, которые кладут на траву розоватые кристаллы – они словно приманивают кого-то. А мне хочется остановить их. От этого может зависеть моя жизнь.

Тропа влечет меня, но рык, раздавшийся из глубины леса, заставляет отступить назад.

— Ее смерть породила чудище. Морхара, – говорит Ларго. – В тебе есть ее кровь. Необычная кровь. И поэтому его сможешь одолеть лишь ты.