Книга Счастье за гроши, или Трюфельный бизнес попаданки, страница 7 – Мелина Боярова

— Не переживай, Грошик, никому тебя не отдам. — Погладила беззащитное существо, которое радовалось мне просто потому, что я есть.

Я получила совсем не то счастье, о котором мечтала, — тихое, спокойное, предсказуемое. Поросенок символизировал нечто новое и необузданное, сулившее новые испытания и проблемы. Впереди ожидало столько всего… Но я и не надеялась, что будет легко. Если Тарвек не наврал, то это ветхое здание принадлежит мне. Значит, крыша над головой есть, силы еще прибавятся, тело-то молодое, а собственное будущее я построю таким, как хочу. Иначе в чем смысл второго шанса и новой жизни?

— Давай договоримся! — обратилась к Грошику, и тот уставился на меня умными глазенками. — Ты не будешь устраивать беспорядки в доме. Побегать можно и на улице, но только там, где безопасно. Не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Хорошо?

— Хрю! — бодро отозвался мини-пиг, вновь принимая вид озорного шкодника.

— Будет тебе хрю! — Строго погрозила пальцем. — Как насчет того, чтобы осмотреться тут? Эта комната явно требует хорошей уборки. Но, может, другие помещения выглядят лучше?

Поднявшись на ноги, я побрела к выходу и, ступив за порог, оказалась в смежном помещении, где виднелись две покосившиеся двери в соседние комнаты и находился спуск на первый этаж.

— Мда, негусто! — Обследовав второй этаж, не нашла ничего примечательного.

Вторая каморка была значительно меньше первой. Ее занимала узкая деревянная кровать, тумба и хлипкий столик. Третья полностью копировала наполнение второй, только вместо тумбы в изголовье стоял громоздкий сундук. Скрипучая лестница, ступени которой кое-где прогнили, вела на первый этаж прямо в обеденный зал с перевернутыми столами и проломленными лавками. Деревянная барная стойка делила помещение на две половины, оставляя узкий проход, чтобы выносить готовые блюда. В отделенном закутке была оборудована кухня.

Столешница для готовки крепкая, еще послужит, — отметила машинально.

А вот вместо очага или печки обнаружила гладкие камни, сложенные горкой. Если бы не тренога с котелком, висящим над этими камнями, сроду бы не додумалась, что они каким-то образом использовались для нагревания. В допотопном серванте стояли горшки разных мастей, кружки и глиняные тарелки. Кастрюли и тяжелая сковорода были покрыты таким слоем нагара и копоти, что слезы наворачивались. Их проще выкинуть, чем отчистить. Но я даже такой убогой утварью не собиралась раскидываться, пока не заработаю на новую посуду. Внимание привлек крупный деревянный ларь с откидной крышкой. Тяжелой — одной рукой не поднимешь. Я только на секундочку выпустила Гроша, чтобы поискать хоть какие-то запасы, как поросенок радостно взвизгнул и помчался к входной двери, тяжелые ставни которой были распахнуты настежь.

Моргнуть не успела, как Грош оказался на улице и с восторженным писком закружил по заросшему двору. Окна на втором этаже покрылись таким налетом грязи и пыли, что через них я практически ничего не рассмотрела. А тут ясно увидела широкую грунтовую дорогу, по которой на приличной скорости мчалась самая настоящая дорожная карета, запряженная четверкой лошадей. Сердце чуть не оборвалось, когда увидела поросенка рядом с проезжей частью. Захлопнув тяжелую крышку, опрометью бросилась наружу.