Книга Усадьба госпожи Ленбрау, страница 147 – Лилия Орланд

Провожать Потьку, гордо восседающего на козлах рядом с Ероном, высыпали все друзья.

Зван стоял чуть в стороне, но уже без прежнего забитого выражения. Желание найти лекарские записи Еженики не оставляли меня все эти дни, но времени я так и не нашла. Даже обещанный леденец сунула ему на ходу, когда Зван проходил рядом с домом.

Ничего, стану чуть посвободнее и сразу займусь.

На Истино место в дрожках я поставила ту самую большую коробку. Лана не писала, что детали упаковки нужно вернуть, поэтому она была приспособлена для бережной транспортировки сумочек.

С этой целью мы с девчонками и ребятнёй собирали мох, сушили, а затем укладывали меж двух слоёв ткани. Получилась мягкая прокладка. Из-за неё все сумочки не уместились, пришлось оставшиеся пять укладывать в корзину, которую я поставила в ноги, чтобы придерживать на выбоинах.

Пока никто не видел, прошептала сумочкам просьбу сохранить свою красоту во время дороги, послав вместе с ней тепло из мыслей и души. Именно так я ощущала свою магию. Хотя стопроцентной уверенности, что это сработает, у меня не было. Приходилось больше надеяться на крепость лака.

В любом случае редкая практика и отсутствие теоретической базы выдавало результат примерно тридцать к семидесяти. То есть удачной была едва ли треть попыток.

И это снова возвращало меня к мысли, что надо найти время для изучения тетрадей. Если моя догадка о модистке верна, то она использует магию, чтобы её платья и шляпы были самыми лучшими в округе. И это под самым носом у инквизиции.

Возможно, всё не так однозначно, как расписал мне сосед. Флоси хотел напугать Еженику, чтобы принудить к браку. Но как эти инквизиторы определяют магические способности? Может, рогулькой какой перед носом водят. Надо – объявят ведьмой, не надо – честной женщиной. Знаем, как в нашем мире эта инквизиция работала.

К тому же я замужем, а всем известно, что замужняя дама не может колдовать. Интересно, откуда такой вывод? Мне мешало исключительно отсутствие знаний и практики, но никак не замужество.

Я проверяла.

Дорога под Потькину болтовню пролетела быстро. Холмы открылись передо мной уже привычной картиной.

Первым делом заехали к Рамиссе. Потька с Ероном ухватили большую коробку, оставив мне лёгкую корзину. Спорить было бесполезно. И теперь я с замиранием сердца наблюдала, как тяжело этим двоим удерживать коробку ровно, не наклоняя в сторону. Особенно трудно приходилось Потьке, который значительно уступал в росте. Но мальчик старался, и груз доставили в лавку в целости и сохранности.

Рамисса обрадовалась мне как родной, а новым сумочкам ещё больше.

— Я обдумала вашу идею, госпожа Ленбрау, и объявила аукцион. Он состоится…

— Подождите, – перебила я её. – У меня есть идея ещё лучше.

— Ещё лучше? – удивилась Рамисса.

Однако перебивать не стала. После оглушительного успеха первых сумочек я обрела её полное и безоговорочное доверие в вопросах новых идей.

— Намного лучше, – кивнула я. – Если всё получится, как задумано, вы сможете открыть магазин на набережной. Напротив ателье Ланы Бенер.

После шляпной лавки я отправилась в ту часть города, где ещё не была.

На удивление, Патрис Вигери построил свой дом не в самом центре, не у здания мэрии или на набережной. Градоначальник решил обосноваться на вершине самого высокого из городских холмов.