Книга Огонь и Лед, страница 34 – Анна Синнер

Влюблен? Иллай аж полено уронил:

— Ты нормальная? Я ее не люблю!

— Себе-то не ври. Мы с тенью в курсе.

— Берлейн! Не беси меня! Не люблю я ее. Не понятно тебе?

Астория была очень красивой девушкой. Серые глаза оттенка стали, миловидное личико, густая грива волнистых волос пшенично-медового цвета. От всей своей сумасшедшей семейки она взяла самое лучшее. От Каттагана получила тень, от легендарной Адрианы-убийцы, которую многие до сих пор по привычке звали Фейсса-хан, эти роскошные локоны. От Каталины Берлейн, ее мамы, хорошенькие ямочки на щеках… А от отца, самого мрачного некроманта на свете, этот пронзительный взгляд, от которого волосы вставали дыбом.

— Не любишь, значит? – Аста сощурилась. – Так дай ей развод, раз уж просит.

— Нет.

— Нет? С чего это вдруг?

Иллай взмолился всем богам. Старым и новым. Светлым и темным. Хотел Бьянку порадовать, а в итоге влип сам.

— Даэр’аэ – королева Эльсинора. Народ от нее без ума. Достаточно тебе?

— Поэтому ты ее окольцевал браслетом и сверкаешь тут, как медный таз? Ты и без нее способен править. К тому же у тебя есть сестра. От нее народ тоже без ума.

Была бы эта заноза мужиком, послал бы ее в пекло:

— Чего ты пристала, а?

— Того! Я в толк взять не могу, почему вы с ней не в силах найти общий язык!

Хотел бы он знать ответ на этот вопрос. Не сложилось? Не срослось?

— Не у всех все так просто, как у вас с Рейденом, – огрызнулся Иллай и мгновенно пожалел, когда Астория резко померкла и уставилась на костер.

Их ссоры с Даэр’аэ, по сути, были глупостью, детским лепетом по сравнению с той проблемой, с которой столкнулись Аста и Рей.

Друзья мечтали о ребенке, но зачать у них никак не получалось. Бесчисленное количество безрезультатных попыток довели их до целителя, который осмотрел обоих, изучил магические потоки, просканировал резерв и развел руками. Утешало одно: Адриана Берлейн больше тысячи лет прожила с Каттаганом Кайдэ, прежде чем на свет появилась мать Асты – ее единственная дочь. По сравнению с этим два года – поистине смешная цифра.

Иллай отряхнул руки от древесной трухи и прижал Асторию к груди:

— Прости. Я придурок. У вас обязательно все получится. Может, время пока не пришло.

— Забыли. Я переживаю за маму. Ей скоро рожать, а там… – Берлейн горестно вздохнула. – Иллай, там некромант!

— Уверена?

— Ага…

— Да уж. Сочувствую, – Иллай поцеловал подругу в ее светлую макушку, ибо дальнейшие комментарии были излишними.

Асте повезло, что папочкин дар ей не достался. Некромантам жилось нелегко. Постоянные контакты с умертвиями и прочей нечистью даже молоденьких миловидных девчушек превращали в угрюмых созданий вроде Эртеля Стоуна – отца Астории и новоиспеченного ректора Академии Сейгард, где некогда учился сам Иллай.

Стоун был квинтэссенцией всего, что характеризовало «владык смерти». Мрачный тип, который вечно носил черное, будто бы других цветов не существует, и орал на всех без разбору, стоило кому-то хоть немножечко подпортить ему настроение. Связываться с ним боялись даже сильные мира сего, ведь когда Эртель бесился, страдали все, кто оказался рядом.

Только вот Каталина Берлейн носила под сердцем девочку! Так сходу и не скажешь, что страшнее: то, что будущая сестричка Асты – некромантка, либо же… Что в комплекте с отцовским даром она может унаследовать и бурный темперамент Стоуна.