Книга Ева особого назначения, страница 58 – Майя Грин

Ева упёрлась руками в перила, её плечи напряглись. Я стоял рядом, молча, давая время собраться.

— Я только что отрезала себя от всего, что было до... — голос сорвался, она сглотнула и начала снова, ровнее. — Он предложил мне место в элитном подразделении, звание капитана. Всё, о чём я мечтала... когда-то.

Я не удивился. Шпак бил точно в цель. Он просто не учёл, что люди меняются.

— И ты сказала «нет», — констатировал я.

Она резко повернулась, и в глазах вспыхнул огонь — смесь ярости, боли и вызова.

— А что, по-твоему, я должна была сказать? «Спасибо, товарищ полковник, я с удовольствием брошу своих пацанов, наше дело и...» — она запнулась.

— И меня, — тихо закончил я за неё.

Она посмотрела на меня, тяжело дыша, и кивнула.

— Он сказал, что я — препятствие. И что препятствия он убирает.

Вот оно. Окончательный разрыв. Внутри всё похолодело, но снаружи я остался спокоен. Сейчас ей нужна была не моя ярость, а поддержка.

Я шагнул к ней, закрыв от ветра плечом.

— Слушай, Ева, — сказал, глядя прямо в её глаза. — Ты только что приняла самое сложное решение в жизни солдата. Выбрала долг перед теми, кто от тебя зависит, а не блестящую пустышку из рук того, кто считает тебя своей собственностью. Ты не предала его. Это он пытался заставить тебя предать себя, своих ребят, нас.

Я взял её руку. Она была ледяной.

— Ты думаешь, я не знаю, какую цену ты только что заплатила? Знаю. И для меня это... дороже любого звания, потому что это цена твоего доверия.

Она смотрела на меня, и постепенно острота боли в её взгляде сменилась усталым, горьким пониманием.

— Я знаю одно, Лёша, — прошептала она. — Он не остановится. Теперь это война на поражение.

— Пусть так, — я сжал её пальцы. — Но теперь мы воюем вместе. И у нас есть то, чего у него никогда не было.

— Что?

— Двадцать сыновей, которые пойдут за своей «Мамочкой» в огонь и в воду. А теперь у них есть ещё и «Батя», который научил их, как оттуда выбраться. Шпак воюет ради амбиций, а мы — ради своих. Это сильнее.

На её губах дрогнула слабая улыбка.

— Значит, теперь мы с тобой... препятствие? — в голосе прозвучал вызывающий отголосок прежней Евы.

— Нет, — я покачал головой. — Теперь мы — крепость, а их, в отличие от препятствий, не убирают, а штурмуют. И мы заставим его разбить лоб.

Она глубоко вздохнула, выпрямила плечи. Пустота в глазах уступила место знакомой, стальной решимости. Она только что потеряла прошлое, но обрела нечто более прочное — уверенность в своём выборе.

И глядя на её выпрямленную спину, я понял, что готов на всё. На любую войну. Лишь бы эта женщина всегда знала — её тыл надёжен.

Тера Ева.

Тишина после разговора со Шпаком оказалась обманчивой. Она длилась ровно сутки, а потом на нас обрушился шквал.

Первым пришёл рапорт о «внеплановой комплексной проверке». На следующий день в академию вкатилась группа инспекторов в идеально отлаженной форме. Они смотрели на нас, на курсантов и на всё вокруг, как на бракованный товар.

Они методично выводили из строя оборудование, клея ярко-красные бирки «НЕ ПРИГОДЕН». Весь магический полигон, который мы с таким трудом настроили, был законсервирован «до завершения диагностики». Занятия по боевой магии встали. Курсанты слонялись по территории, как потерянные души.