Книга Виноваты стулья, страница 42 – Марианна Красовская

Я хотела было возмутиться, что кучер оставил в кустах груду мусора. Некрасиво это и неправильно. А с другой стороны, выкидывать кресла из окон тоже неправильно. По большому счету, кресло осталось там, где его бросили. Точнее, какой-то его процент.

— Поехали скорее, пока не вышел хозяин.

— Да уж, лучше нам убраться отсюда подобру-поздорову, — согласился кучер, щелкая поводьями. — Н-но!

— А ты автомобиль водить умеешь? — спросила я, разглядывая упитанный лошадиный зад. — Технический прогресс, знаешь ли, не стоит на месте. Да и лошадка наша… немолода уж, да?

— Старушка совсем, — вздохнул кучер. — Но автомобиль — дорогое удовольствие. Мы его себе позволить не можем.

— У Ильи Александровича есть.

— Так он — фабрикант, ему по статусу положено. Да и ездит он за рулем сам.

— Я бы тоже могла водить. Ничего сложного, я полагаю.

— Кто ж вам позволит? Где это видано, чтобы женщина одна, без сопровождения разъезжала?

— А что в этом такого?

— Ну, ежели желаете с грабителем поближе познакомиться, то милости прошу. У вас ведь и сережки, и колечки имеются. А еще пальто, шляпка и перчатки.

— Что, даже одежду отобрать могут? — удивилась я. — За нее старьевщик гроши даст! Разве стоит оно того?

— Для кого гроши, а для кого и богатство, — пожал плечами Федот. — Вы, АнВасильна, из приличной семьи да еще единственная дочь. Запамятовали, верно, что не всем так в жизни повезло. Помните, у мастерских Шнипсона мальчишка бегал? Вот для такого одни ваши перчатки — пропитание на неделю.

— Поняла, — вздохнула я. — У кого-то жемчуг мелкий, а у кого-то щи пустые.

— Верно.

Конюх был трижды прав, я даже немного устыдилась. Здесь, в этом мире, расслоение общества, кажется, выражено более ярко, чем в мое время. Здесь нет ни пособий по безработице, ни пенсий для каждого, ни прочих социальных льгот. Медицина платная, образование тоже. Чтобы выбраться из нищеты, нужно или обладать каким-то талантом, либо безмерным трудолюбием, либо невероятным везением. Да что уж говорить, даже Аннет грозила благородная нищета, из которой ее забрал богатый любовник. Спасибо матушке, что научила читать, писать и считать. Без этих элементарных навыков Аннет даже продавщицей в магазин не взяли бы. Впрочем, у женщин есть еще одно преимущество: молодость да привлекательная внешность. Что ни говори, а одной лишь гордостью и честью сыт не будешь. Каждая пытается продать себя подороже. Кому повезло — найдет хорошего мужа. Кому не слишком — покровителя или не слишком тяжелую работу (хорошенькие и приветливые продавщицы нравятся покупателям куда больше, чем толстые ворчливые тетки). Ну а совсем невезучие отправятся на фабрику. Или на панель. Или в могилу.

Увлекшись этими мрачными размышлениями, я и не заметила, как мы доехали до небольшого магазинчика «Ткани и портьеры».

— АнВасильна, я так думаю, материалы для мебельной обивки сначала тут поглядеть надобно. Все же не шелк и не ситец ищем.

— Верно. Спасибо, Федот. Я зайду, ты обожди на улице, я быстро. Потом поедем в цветочную лавку к Женни, и на этом сегодняшний вояж закончим.

Женни непременно напоит меня чаем с пирожными, у нее для важных заказчиков имеется все необходимое. А Федот, пока я с подругой болтаю, как раз отобедает в трактире на соседней улице. У меня все просчитано до минутки.