Книга Виноваты стулья, страница 5 – Марианна Красовская

Уверена, что Илья тоже прекрасно отдохнул и от детских криков и драк, и от моих истерик, и от вечного бардака в доме. Не изменял, в этом я тоже уверена — не такой он человек. Да и не так уж он любил секс, как уверяют все мужчины. Его научные проекты всегда были важнее и интереснее.

Словом, это было начало конца.

Дохлую лошадь мы пинали еще года три. Никто не хотел брать на себя ответственность за разрушение ячейки общества. Да и детей жалели. Старшая уже все понимала и была строго на моей стороне, а младшая отца обожала и не хотела его отпускать.

Развелись мы полгода назад, спокойно, мирно, без глупой дележки имущества. Мне осталось две квартиры, ему — двухэтажный дом и собака. Сложнее всего было поделить Стаську, младшую. Мы оба желали забрать ее себе. Но дочь решила все сама, заявив, что жить будет с мамой — потому что мама почти всегда дома. А к папе будет приезжать, когда захочет. Так, в общем-то, и вышло. Сейчас она жила с отцом — а я ушла с головой в любимую работу.

* * *

В усадьбу я вернулась уже через два дня: одолжила у Ильи его вместительный кроссовер с огромным багажником и запаслась инструментами. Вся мебель, пригодная к реставрации, должна поместиться. Особенно, если разобрать ее по досочкам. На переднем пассажирском болтала без умолку Кристина.

— Мама, ты не представляешь, что было на графике! Васька Смирнов, ну тот, рыжий, я тебе показывала фотки, нарисовал офигенный закат. Мама, ну как можно нарисовать закат простым карандашом, ты скажи?

Дочь ушла после девятого класса в художественный колледж и теперь с упоением делилась со мной своими успехами. И не только успехами.

— Мама, мне нужны новые джинсы. И берцы. И я в дубленке рукав порвала, зашьешь?

— Криска, какая дубленка, на дворе еще октябрь!

— Мам, ну я еще весной порвала, просто забыла тебе сказать. Ух ты, это оно? Не выглядит заброшкой. Я по фоткам думала, что тут полный кринж.

— Снаружи все отлично, — бросила я, паркуя автомобиль и натягивая неизменные перчатки. — Внутри все грустно. Но это пока.

— Угу.

Кристина выскочила из машины и побежала по усыпанной желтыми листьями дорожке к дому. Взлетела на крыльцо легко, как птичка. Я невольно ей позавидовала. У меня уже колени хрустели и давление скакало. Не птичка я, ой не птичка. Или птичка, но не та. Дрофа, например. Или козодой.

Дверь открылась без скрипа. Нащупав выключатель, я зажгла свет и сразу направилась за стулом. Нечего мне тут… Стулья — моя любовь навеки. Интересно, он тут совсем один? Может, и братья его найдутся? Допустим, на втором этаже, ах, простите, в мезонине! Да я не все комнаты еще осмотрела!

— Криска, не зевай, а фоткай, — крикнула я дочери, толкая тяжелые створки дверей. — Я тебя зачем с собой взяла?

— Для моральной поддержки! — радостно ответила дочь. — И чтобы призраков не бояться!

— Тут нет призраков.

— Ну, тогда крыс.

— Ерунда, я привита от бешенства.

Это я с Тарканом от какой-то шавки отбивалась. Она меня цапнуть успела. Скорее всего, шавка была вполне себе домашней, просто очень наглой, но рисковать я не стала.

— Скучная ты.

— Кто бы говорил. Кстати, можешь снять видосик, потом выложишь в канале.

Кристинка вела мои соцсети — сама я уже не успевала. Вполне успешно вела, нужно признать. У нее отлично получалась «пилить годный контент».