Книга Ведьма, страница 79 – Василиса Мельницкая

Потом Мишка все же побежал за машиной. Мы с Глафирой присели отдохнуть у обочины.

— Все еще злишься? — спросила Глафира.

Я отрицательно качнула головой.

— Было обидно получить такой удар от тебя. Это стало последней каплей. В иное время я не повела бы себя так истерично.

— Понимаю, — согласилась она. — Если это немного тебя утешит, свое наказание я уже получила.

— Ты о чем?

— Миша… — тоскливо произнесла Глафира. — До того, как он рассказал о том, что был учеником ведьмака, я надеялась… мало ли… вдруг он…

— В школу он со мной пришел, потому что хотел с тобой поговорить, — вспомнила я. — Ты не зря надеялась.

— Зря, — возразила она. — Список ведьмаков есть, но он небольшой. И, скорее всего, все откажутся. Тогда дар деда унаследует мой сын. Или внук.

— А этому, выходит, уже никак не отвертеться! — возмутилась я. — Но при чем тут…

Глафира изогнула бровь. У нее великолепно получалось передать этим жестом свои эмоции. И без эмпатии все понятно.

Что ж, тут она права. Мишка определенно не обрадуется перспективе отдать в ведьмаки собственную кровиночку. А у Глафиры… такие серьезные намерения? Это не влюбленность, а нечто большее, если она задумывается о семейной жизни и о чувствах будущего мужа.

— Когда я встретила Саву, он мне категорически не понравился, — сказала я. — Я отказывала ему несколько раз. Сначала считала его никчемным мажором, прожигающим деньги отца. Потом считала себя неподходящей партией для наследника боярского рода. Но он не сдавался, и мы стали парой.

— И в итоге поссорились из-за придурка Головина, — подхватила Глафира.

Правду о нас с Савой я ей рассказать не успела.

— Я ни о чем не жалею. Время, проведенное с ним, самое прекрасное, что случилось за мной. — Я заметила на дороге знакомую машину и закруглила разговор. — Если любишь, не сдавайся. Пострадать еще успеешь. А если хочешь совета, то не скрывай ничего от Мишки. Так ты быстрее добьешься его расположения.

Мишка предложил дельную мысль: узнать, где сейчас Кощей, прежде чем мчаться в Петербург.

— Вот ты этим и займешься, — сказала я Мишке. — И только попробуй проговориться Саве. Я тебя прибью, воскрешу и снова прибью.

В городе мы расстались. Я отправилась навещать Ваню, Мишка — объясняться с начальством. Глафиру он взял с собой, чтобы не откладывать оформление перехода через Испод. Поезд или самолет — слишком долго. Я собиралась оплатить услуги эспера, потому что попросить об услуге Саву или Александра Ивановича не представлялось возможным.

Новости, мягко говоря, не радовали. Только у Вани все было хорошо: нога срослась, энергетические поля восстановились, с последствиями стресса врачам удалось справиться. Знакомство с дедушкой прошло без неожиданностей. Карамелька сладко спала на посту.

Последнее — лишнее подтверждение того, что тут мне не о чем волноваться. Химера чувствовала опасность даже во сне. Если она отдыхает, Ваня в безопасности.

Жаль, что нельзя оставить младшего брата в больнице хотя бы до конца расследования. Завтра я его заберу, и следить за ним будет сложнее. Карамелька справится с наблюдением, но меня может не оказаться рядом в момент опасности.

И все же это ерунда по сравнению с тем, что выпало пережить Матвею. О ходе расследования мы ничего не знали. Александр Иванович обещал сообщить, если что-то изменится. Он молчал, следовательно, ничего нового, хорошего или плохого, не произошло.