Книга Снова двадцать, страница 71 – Кая Кавен

— В округе появился волк, – продолжал ректор. – С нашей стороны будут приняты все меры по обеспечению безопасности учеников и преподавателей. Прошу до окончания этих мер не покидать пределы внутреннего двора и не отправляться в лес. Все дополнительные занятия в отдаленных корпусах и классах будут временно отменены. Каждый, кто ослушается, понесет наказание.

В зале пробежал шепот, студенты взбудоражено загудели.

— Угу. Сожрет либо ректор, либо волк, – прыснул кто-то из ребят.

Складывалось ощущение, что не все ученики понимали всю серьезность этой ситуации. Терра поежилась, вспоминая жесткие объятия зверя. Палец ее машинально погладил затянувшийся корочкой порез на подбородке. Вероятно, останется шрам. Это самые легкие последствия всей этой истории. Если бы в тот день она была наедине с животным, все закончилось бы плачевно.

Терра посмотрела в окно, за которым танцевали белые снежинки, и с грустью осознала, что занятия в оранжерее тоже отменяются. Это были единственные уроки, которые не хотелось пропускать. Ну разве что еще занятия Кристофа. Позориться на уроках практики ей все еще не нравилось, но она могла полтора часа бесстыдно глазеть на преподавателя, не вызывая ни у кого подозрений. Терра буквально впитывала каждую его черточку, каждый жест. По его мимике уже легко было прочитать сердится он или просто думает о чем-то тяжелом. Как бы ей хотелось освободиться от рамок и условностей! Откинуть тревоги, сомнения, перестать гнаться за успехом и просто быть счастливой. Ей хотелось проводить время с Кристофом, не таясь, и узнать о нем больше. Узнать о нем все. Практика все же удавалась лучше, чем в первое занятие, и этому было простое объяснение: каждый раз, когда Кристоф вставал напротив и выжидающе смотрела на Терру, та не могла унять внутреннюю дрожь. Она невольно вспоминала вечер в классе и горячие губы мужчины на своей шее. Эти воспоминания окрыляли, будоражили и помогали активировать силу.

Остаток дня Терра провела в своей комнате. Она пыталась расшифровать записи из дневника. Заполнен он был хаотично: рисунки перемежались с записями о жизни и научными заметками. Карандашные зарисовки сменяли схемы, выведенные чернилами. Страницы были старые и хрупкие. Девушка, словно завороженная, водила по ним пальцем и представляла, как Патер пишет. Она гадала какие отношения были у них с Кристофом и почему Патер помогал ему? Особенно ценными казались короткие заметки за день. Этот дневник хранил историю, увиденную Патером.

02.07. Сегодня мне позвонили из научного центра с просьбой о помощи. Нужен специалист. В полицию явился опустошитель. Пришел сам в плачевном состоянии. Держит в страхе весь отдел одним своим видом. Любопытно посмотреть на него.

01.10. Тенебриса освободили из-под стражи. Теперь он временно живет со мной. Грустно смотреть на пустующую комнату дочери. На мне важная миссия – помочь. Большая ответственность. Знаю, что Филия была бы против, но не могу остаться в стороне. Пока чувствую себя хорошо, думаю, сил у меня достаточно.

Далее следовало множество схем и подписей к ним. Что-то перечеркнуто, что-то обведено в кружок с восклицательным знаком. Патер искал идеальный рецепт.

Ближе к вечеру Терра скользнула в коридор преподавателей. Это уже входило в привычку. Терра боялась опоздать и последние пару часов просидела как на иголках, поглядывая на электронные часы. Девушка робко постучала в нужную дверь и на секунду решила, что Кристоф уже ушел, но дверь тихо распахнулась. Перед ней стоял преподаватель, облаченный в черную водолазку без горла. Расстегнутое пальто было накинуто на плечи. Волосы непривычно стянуты в низкий короткий хвост. Терра осмотрелась и быстро, словно мышка, юркнула внутрь.