Онлайн книга «Исмея. Все могут короли»
|
— Да не сьюда, Ис… — удержал он ее за запястье. — Вьот, прошьу. Очередное окно оказалось дверью, что вела на внешний коридор — оказывается, и такой тут имелся… А веревочный трап на… самую нагретую амальгаму. Мир легонько потянул ее следом. Дрожа от вновь налетевшего на душу холода, Ис задрала голову, солнце услужливо ткнуло слепотой в глаз, а ветер развеял и так не собранные как следует волосы. Она покачнулась и едва не свалилась. Успела поймать поручень, а Мир — ее талию. — Давьай ти всье же внутри… — Никаких внутри! — Ис отрезала намертво, потому что и перепугана была намертво. Пропасть внизу сияла нешуточная. И она ходит прямо над ней… Обалдеть. — Смьотри, — ткнул Мир пальцем наверх, не отпуская ее. Держал спокойно, крепко, уверенно. И будто эта уверенность передавалась и ей куда-то под ребра, где покоилась его рука. И колдовство страха и холода таяло под ней. — Не боись, я продьеливал такое сотньи раз. Обичное дьело. Нье… бойся, — исправился с опозданием, ослепительно улыбаясь ей и подмигивая. Да. зацепились знатно… Амальгаму охватывали веревки, тросы или как оно называется, и сейчас голая ветка старого дерева на обрыве вверху примоталась к этим веревкам, как родная. Ис даже усомнилась… случайность ли это?.. Удержала зажавшего в зубах кинжал парня за штанину — и не заметила, как осталась одна, а он обезьянкой полез по трапу: — А если это… друиды? Мир пожал плечами. Вынул кинжал — у того края оказались неровными, зазубренными — держась за трап одной рукой. Повис над Ис, не опасаясь сверзиться. Туда, в белую бесконечность! — Ты что делаешь! Сейчас же возьмись двумя руками! Надо было слышать, как весело и беспечно он расхохотался в ответ! Но пояснил: — Всьё равно надо сньять. И собрался лезть дальше. Ис отчаянно попробовала еще раз: — Я… давай помогу? — Ти?! Как? — даже рассмеялся. — Просто ждьи, Исмьея. И послал ей воздушный поцелуй вот этой самой ладонью с кинжалом… Сунул его обратно в зубы и полез дальше. Еще больше красуясь, чем прежде. Выпендрежник сиренов… Он не боялся… Словно и правда проделывал такое сотни раз. За три с половиной года — возможно… и сотни… Совсем один… Взмыл едва ли не в небо, до режущей глаза нагретой поверхности и еще выше, сверкая пятками. Разуться успел… А у Ис ёкало сердце. А что, если это безмозглое дерево решит проткнуть амальгаму? По приказу Аяна или по собственному разумению, а то и вовсе его отсутствию? Или… Мир не удержится и свалится… И что тогда будет делать она?.. И она сминала материал багрянца на груди так, как не получилось бы сжать бальное платье при всем желании. И глядела, как он… Ах! Покачнулся… Добрался до проклятого дерева. Сунул кинжал за пояс, протянул руку, держась снова лишь одной… Исмея наклонялась так и эдак — в отблесках слепящего солнца не было видно наверняка. — Ис! — донесся его голос. — На прьиборной доскье вьисит топьорьик, при… И вдруг дерево шевельнулось. Совершенно точно! Потянуло свои сухие ветви к ее ученому в багрянце. Ис не помнила, как метнулась внутрь, во мгновение ока отыскала топорик — удобный и не слишком тяжелый — сунула за пояс и оказалась у веревочной лестницы. Мира наверху не было. Быть не может. Что-то внутри оборвалось, и солнце застелило глаза темнотой. Ис, чувствуя снова сковывающее колдовство холода, одиночества и ужаса в легких, тихо заглянула вниз. |