Книга Адреналин для Рины, страница 7 – Кейт Андерсенн

«Это похоже на наш местный ужонд*, голову на отсечение даю, — сказала Рина себе. — Даже та самая лепнина на потолке… Только как…»

— Сюда, — взял кондуктор ее под локоть, не давая времени даже прийти в себя.

«Думает, я сбегу, — пришла Рине мысль в голову. — Ну, уж нет, по крайней мере, не сейчас. Пока не выясню вопрос…» — под ложечкой неприятно заёкало.

Кондуктор ввел ее в один из ближайших кабинетов и втолкнул внутрь. Рина оказалась в голубоватом, освещенном лампами холодного свечения помещении с двумя столами и каким-то оборудованием. За столами сидели мужчина и женщина, оба — типичные чиновники, давно отвергнувшие такую добродетель, как сочувствие. Всем не насочувствуешься. Есть такое понятие, как буква закона. Вот и весь сказ.

— Добрый день, — сказала Рина, одновременно кивая головой, безуспешно осматриваясь в поисках стула и досадуя на холодный свет ламп. И так ситуация некомфортная, плюс документальные вопросы, в которых она как рыба на дереве, необъяснимо недружелюбные взгляды власть имущих, от которых она зависит, необходимость отстаивать свои позиции и, в дополнение ко всему, холодный свет, от которого внутри мурашки и дыхание сбивается. Попробуй тут адреналин удержать в пределах допустимого уровня.

— Добрый день, — сказала женщина.

Плохо. Если бы мужчина был тут главный, еще бы теплилась надежда, какая-никакая, рассчитывать на человечность… Женщины же враждуют интуитивно.

— Ваши документы, пожалуйста.

— Это… — Рина взялась вытаскивать его из сумки, отмечая, как не к месту дрожат руки.

Смешно! Она ведь права в этой ситуации! Печати в паспорте ей не приснились, даже если это часть прошлого, да.

— Это очень странно, потому что всегда пользовалась этим паспортом, проблем не было, я ведь его все-таки купила. -

Наконец, знакомый коричневый корешок.

— Вот.

Женщина покрутила паспорт в руках, показала мужчине, и они засмеялись.

— Вы правда хотите нас уверить, что это настоящий документ? — насмешливо поднял бровь мужчина.

Лицо его отличалось резкими чертами, над ними словно поработало многолетнее выветривание; волосы слегка тронула седина.

— Ну, я так всегда думала, — с натянутой улыбкой махнула рукой Рина, перехватывая сумку из гобелена.

Могли бы стул предложить, что ли. А то стоишь, как на дознании перед тюремным заключением. Рина надеялась, что не узнает, как точно выглядит эта процедура. Ага, надежда умирает последней. Еще и в пуховике жарко.

— Вы посмотрите, я же и визу по этому паспорту делала, и штампы на границах, и… на фото я, еще с челкой, правда, но…

— Довольно, — стукнула женщина по столу кулаком. — Это так по-детски. Вам ведь известно, что проезд без удостоверения личности запрещен, уважаемая?

— Ну… — Рина почувствовала вполне ощутимый невидимый удар под дых и тут же слабость в коленках. — Конечно, но этот паспорт… мне выдал достойный доверия орган, вы проверьте. Почему по-детски? Я не понимаю, в чем проблема, честное слово. Я сейчас ожидаю получения вида на жительство, там даже печать есть, посмотрите. Так что… не могли ведь все административные лица ранее ошибаться, не так ли?

Женщина глянула на нее так, что у Рины язык сложился в трубочку. Мужчина что-то писал, вовсе не обращая внимания на нарушителя. Последняя надежда на силу женской улыбки медленно и верно гасла. Глупость… она склонна поверить всякой глупости. Быть такого не может, где тут скрытая камера?..