Книга Тоннель в Паддингтоне, страница 48 – Кейт Андерсенн

— Джонс, - глухо вопросил он, глядя в стол, - до скольки вы дежурили около "Паризьен"? Всю ночь?

Джек Джонс смутился.

— Ну...

— Ты видел, как вышел и вернулся Жиль Дидье? - жестко уточнила Кензи.

И парень сломался.

— Да...

Кензи ухмыльнулась и победно посмотрела на инспектора.

— Алиби доказано, инспектор.

— Ради бога, Кензи, у меня чувство, будто вам нравится сажать меня в лужу больше, чем искать ответ, - устало проговорил Дьюхарст, массируя виски. - Констебль, кто вообще впустил посторонних лиц в мой кабинет?

Запоздалый упрек, конечно, но все же.

Седоусый констебль отдал честь, и его едва не сбил запыхавшийся Вуд.

— О, Кен, я так и знал, что найду вас здесь! Слушайте, я...

Но констебль браво оттеснил репортера назад и поспешно рапортовал:

— Ваша невеста, инспектор - лицо не постороннее, так мы рассудили. А вот вам, милейший, придется покинуть помещение, - это уже относилось к Вуду, побелевшему, как стена.

— Невеста?!

Час от часу не легче! Констебль пытался учтиво выпроводить настырного репортера "Таймс".

Кензи чуть смутилась, пожала плечами, почесала затылок. Безмятежно отозвалась Дороти:

— Инспектор, ну, всего-то чуточку приукрасили - вы уж не обижайтесь! Для пользы дела ведь. Вуд, а что там? Да ты входи, не стесняйся!

В косяк двери постучались, вбежал молодой полисмен. Вуд воспользовался моментом и приземлился на диванчик около Дороти Блер.

— Инспектор, вам срочная телеграмма из Парижа!

Дьюхарст приказал констеблю:

— Уведите подозреваемых, что ли.

Жиль и Джек навострили уши.

— Инспектор, а...

— Пока в камеру, - отрезал Дьюхарст, принимая записку.

— Это насчет Бретта, да? - пристроилась несносная Дороти его за плечом.

— Колин... - начала Кензи несмело, но инспектор ее прервал:

— А вы помолчите, Кензи, а то тоже там окажетесь - на данный момент я за себя не отвечаю. Леди Блер, оправдывайте свой титул, пожалуйста.

"Повторная тщательная проверка показала, что Александр Бретт не въезжал на континент, билет и бронь отеля не были использованы".

— Ого! - воскликнула Дора прямо ему в ухо.

Так, что он почти и не услыхал деликатного кашля констебля - оглох. И подумал - а что, если это все Бретт?..

— А, так я теперь не буду леди, наверное. Кензи будет моим опекуном.

— Дора... - Мун одернула девчонку в трауре и что-то ей тихо поясняла.

А Дьюхарст тем временем остановил полисменов, что уводили Дидье и Джонса.

— Постойте... Джек, а Александра Бретта случайно не было в тот вечер в "Паризьен"?

Джек Джонс был и рад выслужиться - мало ли. Лучезарно улыбаясь, закивал.

— Был.

— Еще с полудня, - влез и Дидье с неожиданными признаниями.

Черт! Дуракам туда и дорога.

— В камеру!

— Инспектор! - взвыли оба.

— Нет, погодите, ребята... А выходил?

Джонс замигал глазами, словно думая, какой ответ для него будет лучше. Дидье осторожно спросил:

— К-кто?...

— Бретт! Александр который!

Кензи коснулась его плеча, а констебль кашлянул еще раз.

— Что еще? - раздраженно рявкнул инспектор.

— Тут... караульный доставил срочное послание из "Паризьен".

— Так о срочных посланиях и докладывать сразу надо! На то и срочные!

Пока Дьюхарст испепелял поникших арестованных взглядом и раздраженно разворачивал записку, Дороти дождалась решающего момента и с выражением прочитала роковые строки на весь кабинет: